понедельник, 28 декабря 2015 г.

ЗНАЧЕНИЕ РОЖДЕСТВА С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ДУХОВНОЙ НАУКИ

Рудольф Штейнер
Из GA 97

Лейпциг, 15 декабря 1906 г.
К празднику Рождества сегодня у многих людей уже нет другого отношения, кроме обычая зажигания огней на Христовой елке. Но Христова елка самый юный из символов праздника Рождества. Даже в тех местах, где она появилась раньше всего, она известна лишь около ста лет. Это не древняя языческая традиция, как думают многие. Насколько молода рождественская елка, настолько же стар предстоящий нам великий праздник человечества. Столь же долго, сколь наряду со всем человеческим чувствовали, предощущали и знали на земле люди то, что поднимает их над человеческим к богочеловеческому, что поднимает людей над ними самими, столь же долго известен был и этот возвышенный праздник Рождества. В Евангелии от Иоанна есть изречение, которое можно считать лейтмотивом праздника Рождества: "Ему должно расти, а мне умаляться". Мы видим в нем указание на связь между двумя важными праздниками года. Иоанн сам свидетельствует о себе, что ему надлежит умаляться в то время, как другой, Христос, будет расти. Праздник Иоаннова дня приходится на то время, когда дольше всего длится день. Но за внешним материальным преходящим явлением встает нечто, что в убывающие иоанновы дни выражено в прекрасных словах в Евангелии от Иоанна: "И свет светил во тьму". Свет гораздо более яркий, более живой, чем все материальные проявления света, живет во тьме — свет духовный. И жизнь великого света во тьме является содержанием христианского праздника Рождества, отмечавшегося во всех религиях древности и пророчески указывавшего на великого Солнечного героя, на Христа Иисуса.
Благодаря духовнонаучному мировоззрению мы сегодня понимаем праздник христианского Рождества, на протяжении двух тысячелетии переживавшийся как праздник великого идеализма. Когда во мраке полуночи Святой ночи начинается богослужение и зажигаются огни, тогда они светят во внешнюю тьму. Это значит, что если когда-нибудь все на Земле будет внешне предано смерти, как подпадает смерти и все чисто человеческое, в теле будет жить — подобно тому, как Христос сделал это истиной,— торжествующая душа, которая поднимется из телесной оболочки к светлой жизни, даже если Земля распадется на бесчисленные атомы как материальное тело. Из этого мрака, из этой гибели Земли душа всей Земли поднимется вместе со всеми человеческими душами, которые будут приняты в эту душу Земли. И прообразом, идеалом того, что этого достигнет не только душа Земли, но что и все люди на Земле могут иметь равную уверенность в этом, был Христос Иисус.
Таким образом, не только физическое солнце, но и растущее духовное Солнце является отражением Христова Существа. Когда все силы преобразятся, а любовь раскалит тело Земли, тогда Земля всецело проникнется принципом Христа. Символом этого служит свет Рождества.
Три царя суть символы, как и их дары: золото — символ мудрости и царственного величия, мирра - символ победы над смертью, ладан — символ одухотворенных эфирных субстанций, в которых возвещает себя Бог, преодолевший смерть. В этих трех символах Христос выступает как Царь, как Победитель смерти, как исполнение всего земного развития. Так каждый, кто посвящен в эзотерику, чувствует рождение божественного ребенка, предвидевшееся в мистериях еще до эпохи Христа и переживаемое также и после. Мистерии не были церковными учреждениями и школами во внешнем смысле, они были местами воспитания и одновременно культа, где человек поучался мудрости, смирению и вере, являющейся одновременно знанием и познанием. Мистерии были великие и малые. Человек, допущенный в них после всяческих испытаний, видел в малых мистериях драматическое изображение вечных истин, которые переживает в себе тот, кто посвящен более высоко. В малом величайшие моменты в развитии человечества можно сравнить с опытами, которые испытывает слепорожденный, когда он оперирован, — перед ним открывается совсем новый мир. Очи духа отверзаются у посвященного. В свете и цвете ему открывается мир духа, мир совершенно новый, гораздо более обширный, нежели мир физический со всеми его обитателями и существами. Ему видятся оживленными все вещи. В это мгновение посвященные переживали рождение своего высшего Я. Это переживание называли внутренним праздником Христа. То, что переживали избранные и что еще и сегодня могут переживать посвященные, для других, в малых мистериях, было идеалом, который они все могли надеяться достигнуть, одни — раньше, другие — позже. Тот, кто знает, что человек должен прожить много жизней, может быть уверен, что это пробуждение, это посвящение когда-нибудь станет действительностью и в нем, что и в нем пробудится Христос, что наступит та Святая ночь, когда внутри него засияет Свет. Тогда изречение Евангелия от Иоанна приобретет обратный смысл: "И Свет будет постигнут тьмою".
Все это изображалось в мистериях. То, что свершилось как великое христианское событие, повторило физически то, что в мистериях совершалось для каждого посвященного, в малых мистериях — образно, в великих мистериях — в душе человека.
Важное переживание внутреннего Христа бывало представлено в малых мистериях в совершенно определенное время года, когда солнце посылало меньше всего света Земле, в самую длинную зимнюю ночь, как еще и сегодня на праздник Рождества. Проведем перед глазами картину, которая символизировала смысл внутреннего развития человека в малых мистериях. В священном настроении пребывали люди, которые должны были видеть это, собравшись в полном полуночном мраке в Святую ночь. Тогда раздавался своеобразный глухой гул, постепенно превращавшийся в чудесное ритмическое звучание, в гармонические звуки — в музыку сфер. И затем становилось видно слабо освещенное тело, мягко светящийся во тьме шар, который должен был символизировать Землю. От слабо светящегося земного диска возникали постепенно переходившие друг в друга, соотносимые со звуками кольца радужных цветов и расходились во все стороны: это — божественная Ирида. Так сквозь туман людям в древней Атлантиде, Нифльхейме германской мифологии светило солнце. Все светлее становилось это явление, и семь цветов постепенно переходили в слабый золотой и слабый фиолетовый цвета. Образование это светило все ярче, свет становился все сильнее, пока не превращался в самое яркое небесное тело, в солнце. Посреди этого солнца появлялось на языке соответствующего народа имя Христа. О человеке, пережившем этот праздник, говорили: "Он видел Солнце в полночь". Это значило, что ему был явлен символ духовного видения. Человек, чье духовное око открыто, видит, как вся материя становится прозрачной. Он смотрит сквозь Землю, он действительно видит Солнце в полночь, он преодолевает материю. В противоположном цвете, в фиолетово-красноватом цвете видится ему Солнце в полночь. То, что космически появляется в великом мировом символе, для христиан, будучи перенесено в область человеческого, стало явлением Христа Иисуса на Земле. Мы все увидим Солнце в полночь. Это не противоречит и Новому Завету.
Таким образом, Христос — это Существо, которое преобразит то, что пока еще связано с низшим, обожит то, что связано с мирским. Он — Солнце в области духа. Так чувствует Христа Иисуса христианский эзотерик или христианский теософ. Духовное пробуждение происходит, когда на земле царят наибольший холод и тьма, так как посвященные знают, что тогда пространство пронизывают определенные силы и что имеется наиболее благоприятная констелляция для духовного пробуждения. Учеников наставляли не довольствоваться обычным человеческим знанием, а учиться обозревать все человечество, всю земную историю. "Посмотрите,— говорили ученикам,— на ту эпоху, когда Земля еще была соединена с Солнцем и Луной. Тогдашнее человечество жило в солнечном свете. То, что должно было стать позднее Землей, было исполнено духовной силой, которая вспыхивала в то же время в каждом существе. Затем наступил момент, когда Солнце отделилось от Земли, когда свет стал светить на Землю извне, когда внутри человека стало темно. Это момент является началом его развития в направлении того далекого будущего, когда он вновь будет нести в себе солнечный свет. В нем тогда будет развит тот высший человек, солнечный человек, который несет в себе свет и владеет силой просветления".
Так Земля возникла из света, проходит сквозь тьму и снова приходит к солнечному свету. Как осенью и зимой убывает сила солнечных лучей, так в то время, когда человек должен учиться познавать великие вещи Земли, материю, духовное полностью отступает назад. Однако духовная сила снова возрастет, и на Рождество происходит то, что апостол Павел выразил в притче о пшеничном зерне. Если посеянное зерно не умрет в земле, то не будет и новых плодов. В рождественское время старая жизнь угасает, но новая возникает в ее лоне. С этого дня приходят в движение соки в деревьях, новая жизнь начинает бить ключом, свет вновь начинает расти в дотоле прибывавшей тьме. Христианин мыслит это переведенным в духовное. Все, что влечет к материи, должно исчезнуть, чтобы дать место тому, что пробивается вверх. Христос пришел в этот мир, чтобы из низшего родилось то, что должно быть возведено к высшему. В хлеве евангельского повествования мы видим преобразование, разновидность того, что древнейшая мудрость именовала пещерой. В полостях скал справляли праздник, у разных народов по-разному, на другой день наступал второй праздник, когда показывали, как из земли, из камня пробивается жизнь. Это было тоже символом произрастания духовного из умирающего земного.
Во внутренних святилищах Египта, в элевсинских мистериях и в орфическом культе Греции, в Передней Азии, у вавилонян и халдеев, в служении Митры у персов и в мистериях индусов — всюду Рождество праздновалось одинаковым образом: участники малых мистерий видели воочию то, что переживали посвященные. Изображаемое пророчески указывало на рождение Христа в человеке. Те посвященные, которые уже достигли его, считались, как говорят, "прибывшими" на шестую ступень.
Таких ступеней было семь. На первой ступени находился "ворон", посредничавший между духовным и внешним миром. Так, в Библии говорится о "воронах" Илии, сага сообщает о "воронах" Вотана или также о "воронах" императора Барбароссы в Кифхойзере. На второй ступени находился "оккультист". Он уже был допущен в святилище, находился внутри его. Третьей была степень "воина" или "бойца". Достигший ее мог заступаться за духовные истины во внешнем мире. Тот, кто достигал четвертой степени, именовался "львом". Его сознание расширялось за пределы его индивидуального сознания до сознания его племени. Можно вспомнить, например, о "льве из колена Иудина". Посвященный пятой степени обладал не только сознанием племени, но принимал в свое сознание сознание Духа народа. Поэтому он получал имя своего народа. У персов, например, он назывался "персом". Нафанаила Иисус называет "истинным израильтянином"; Иисус признает в нем посвященного пятой степени.
Обозначение того, кто достиг шестой ступени, относится к одному важному качеству. Окидывая взглядом природу, мы видим, как природные существа развиваются от низших существ до человека, а от среднего человека — до того, кто дал родиться в себе Христу. Всюду в жизни низших существ мы видим ритм, ритм, который им навязывается солнцем. Растения цветут всегда в одно и то же время года, каждое в зависимости от своего вида, и раскрывают цветы каждый вид в одно и то же время дня. Животные тоже в важных жизненных функциях обнаруживает свой годовой ритм. Только человек все более утрачивает эту закономерность. Он освобождается от принуждения ритма, первоначально также навязанного ему. Если же в нем пробуждается и переполняет его любовь ко всем существам, то новый, собственный ритм рождается в нем. Этот ритм столь же верен, как и ритм солнца, которое ни в малейшей степени никогда не отклоняется от своего пути (последствия этого едва ли возможно было бы описать). В посвященном шестой степени видели отражение хода благословляющего Солнца в мировом пространстве, отражение Христа в человеке и в духовном мире. Поэтому шестая степень именовалась степенью Солнечного героя.
Трепет проходил через душу ученика, который видел такого Солнечного героя. В последнем внутренне родился Христос. Это изображало одно событие, которое ощущалось как рождение на духовном плане. Рождение исторического Иисуса было помещено посвященными первых столетий во внешне самое темное время года, так как это был вместе с тем восход духовного Солнца. Поэтому у первых христиан была введена также полуночная месса, культ, проводившийся в темные полуночные часы, вслед за чем на алтаре вспыхивало море света.
Высшей степенью была степень "Отца".
То, что вдали от всякой внешней жизни совершалось столь часто в отдельных людях в мистериях, разыгралось во внешней истории открыто со Христом Иисусом. Ничего более высокого не может быть пережито в человеческой душе, чем то, что внешне, в физическом мире, было принесено Победителем смерти, давшим залог вечной жизни души. То, что произросло как плод новой жизни из умирающего мира, ощущалось посвященными как рождение ребенка Христа в духовном мире. Тот, кто духовное не мыслит отдельно от физического мира, чувствует глубокую связь между Солнцем и Святую ночь и той духовной жизнью, которая развивается из мировой жизни. На Святую ночь приходится рождение величайшего идеала, какой только может существовать для мира и который осуществится, когда Земля достигнет своей цели. То, что пророчески возвещается ныне, однажды станет действительностью. Как побеждающая смерть жизнь оживает в светящемся рождественском древе, так в будущем она сама оживет во всех людях. Здесь она стоит перед нами ныне в качестве перспективы.
Так в идее праздника Рождества мы чувствуем то, что приходит к нам из глубокой дали, но что всегда праздновалось уже в древнейшие времена. При правильном понимании этот праздник вновь приобретет для нас более высокое значение. Даже дерево станет для нас важнее, чем просто символ того райского древа, который вы все знаете из Книги Бытия. Ведь рай — это образ более высокой природы человека, с которой не связано ничего злого. Познание могло быть достигнуто только за счет жизни. Следующая легенда разъяснит, как смотрели на это те, кому это было ведомо.
Когда Сиф захотел снова попасть в рай, его впустил туда Херувим с огненным мечом. Он увидел там, что Древо жизни и Древо познания переплелись друг с другом. По указанию Херувима он взял три семени от этого соединенного древа. Древо изображает то, чем однажды должен стать человек и чего уже ныне достиг посвященный. Когда Адам умер, Сиф взял три семени и положил их в рот Адама. Из них вырос пламенеющий куст, внутри которого светились слова: "Эйе ашер эйе" — "Я тот, кто есть, был и будет". Далее легенда рассказывает, что Моисей сделал из его древесины свой чудотворный жезл. Позже из того же дерева были построены врата Соломонова храма. Затем часть его упала в пруд Вифезды и сообщила ему чудодейственную силу. И наконец, из него был сделан Крест Христа. Это образ жизни, умирающей, угасающей в смерти, которая способна породить новую жизнь.
Перед нами великий символ: жизнь, преодолевшая смерть, дерево, вышедшее из райского семени. Эту умирающую и заново возникающую жизнь изображает нам Крест с розами. Не без основания великий Гете сказал:
Und so lang du das nicht hast, Dieses:
Stirb und Werde!
Bist du nur ein trüber Gast
Auf der dunklen Erde.
И покуда не поймешь:
Смерть — для жизни новой,
Хмурым гостем ты живешь
На земле суровой.
Гете И.В. Блаженное томление. Пер. Н. Вильмонта.
Сколь удивительна связь между райским древом, древом Креста и пускающей из него ростки новой Жизнью! Чувствовать, как вечный человек рождается в преходящей жизни — вот чем должна быть для нас идея Христа, Святая ночь. Ныне человек должен применить к себе слова: "Свет во тьму светит", тьма же должна постепенно постичь свет. Все души, в которых Святая ночь высекает настоящую искру, живо почувствуют, чему дает родиться в них Святая ночь,— способность, которая разовьется в них в силу, что даст им возможность видеть, чувствовать, волить так, чтобы изречение приняло обратный вид и гласило: "Свет во тьму светит, и тьма постепенно постигла свет".

Комментариев нет:

Отправить комментарий