понедельник, 30 октября 2017 г.

Агата Лоренц-Пошманн Терапия с помощью искусства речи 8

Образное начало речи
Рассматривая элементы, живущие в согласных, мы обратили внимание, что звуки переживаются также и образно. Гений языка часто создавал удивительные слова - если мы рассмотрим их звуки во всей образности, то глубина и значимость этих слов становится еще ясней. Два таких слова мы попробуем здесь представить: Natur (природа) и Welt (мир).
Природа обнимает собою все происходящее, все, что разыгрывается на Земле под воздействием зодиакального круга и влиянием планет. При этом согласные и гласные обладают одинаковой значимостью. При слове Natur благодаря N можно ощутимо пережить, как нечто незримое переходит во внешний мир. N утекает в него, как некая лента, связка (282/147), обвиваясь как ползучее растение вокруг опоры (282/344; 282/362; издание 1924 г.). N - это сознание, становящееся осознаваемым.
В А живет изумление, самоотрешенность, удивление. Речевые органы широко открываются. Произнося А, человек "дает своему астральному телу течь наружу". В тот момент, когда он произносит А, он начинает "засыпать" (282/69). Человек отпускает от себя, высвобождает свой духовно-душевный мир, так же как это делает Земля весной. Мы видим выдох Земли - раскрывающиеся цветы, цветочную пыльцу, поднимающуюся до высей космоса, причащающуюся небесам. Душа Земли соединяется с Душой Мира.
Затем наступает гигантская перемена. Приходит июль и за ним август; на сцене появляется зодиакальный знак Льва, из которого выступает к нам звук Т. И мы видим перед собой весь период середины лета во всей его потрясающей драматике: в природе разливается зной, благотворный дождь проливается на землю, гремит гром и сверкают молнии, а потом, когда снова выглядывает солнце, появляется многоцветная арка радуги, связующая небеса и Землю. Т - это тот самый прорыв, тот "удар", что приходит из знака Льва, из "пламенеющего вдохновения1" (279/178)*
"Это важное излучение" (279/65). Оно величественно излучается сверху вниз, с небес на землю. В это же время года начинается также засевание Земли космическими силами падающих на нее метеоров. Благодаря небесному железу Земля оживляется вновь.
Приняв в себя это небесное излучение, приняв космическое очищение и укрепление, Земля обогащается и может снова отступить, уйти внутрь себя. С наступлением холодов она пробуждается от летних полуденных снов, возвращаясь ко внутренней живости и бодрости. Точно так же и светлое созидательное мышление тоже может ожить только в холодной голове. Этот вдох, это пробуждение невозможно выразить более верно и метко, чем при помощи звука U(У). При произнесении звука U(У) астральное тело интенсивнее соединяется с эфирным и физическим (282/70). Это - вхождение в нечто твердое, и наряду с ним наступает сознание. Здесь переживаются предчувствие смерти и страх, человек тем самым пробуждается. Тепло звука U(У) - Сатурново тепло - дает нашему Я силу, чтобы пережить зимнее время; силу надежды на будущее.

U(У) может привести и к "окоченению", к "оцепенению, застыванию". Но природа все же не умирает. Силы лишь втягиваются внутрь, собираются, уходя вплоть до корней и семян. Духовные существа сохраняют духовную жизнь в лоне Земли. Внутренняя оживотворенность природы остается. И слово Natur в конце имеет "воздушный" звук, "душевный" звук N, который полностью отвечает этому процессу. Посредством R(Р) выражается внутренняя сила животворения, внутренняя жизнь и движение. "Слово должно замолчать" (279/177). Это импульсы воли, удержанные в себе, те импульсы, что могут стать действиями. В семенах скрыто будущее, под покровом снега - тепло летнего солнца.
Так проходит перед нами в звуках слова Natur весь ход года и в нем все то, что прорастает, раскрывается, цветет, плодоносит и завершается, замыкаясь в крошечном зернышке.
Другое слово, которое гений языка построил столь же откровенно-явственным образом, это слово Welt (мир). В старонемецком языке "высокого стиля" на месте второй согласной стоит R: Weralt. В голландском слове wereld и в английском world R еще осталось. Здесь интересна последовательность согласных W—R—L—D. Мир (Welt) возник еще до того, как появилась наша планетная система. Он возникает, происходя из мира неподвижных звезд, из космоса согласных. Если мы даем этим звукам действовать на нас, как стихиям, то перед нами может выступить вся история творения, как она была представлена нам Р.Штейнером: в тепловом звуке W(В) - бытие древнего Сатурна; в воздушном R(Р) - древнего Солнца, в "водном" звуке L(Л) - бытие древней Луны и в "земном" D(Д) или Т(T) - Земли. Здесь, в этом слове, можно пережить и природу в ее четырех стихиях: в ее огненно-тепловом, воздушном, водном, твердом элементах (стихиях).
То, что в качестве "огненно-теплового" звука выбирается W(В) - звук губно-зубной, а "земной" звук представлен языково-зубным звуком D(Д) (в измененном виде, как Т), - отнюдь не случайно. Из звука W исходит голос душевного тепла. "В звуке W ощущается все то, что накатывает волной, что сущностно живет в движении. Прихлынувшие потоком волны - вот что представляет собой сильное W; легкое бурление, вскипание - вот, что представляет собой слабое W (279/241). Этот звук W, как он делается в эвритмии, "может быть выражен определенным жестом, внутренне приводящим все существо в движение(279/241)".
В цикле докладов "Египетские мифы и мистерии и их отношение к духовным силам, действующими в настоящее время" (106/5 cент.1908) Р.Штейнер говорит о слове Wha (Ва): оно является изначальным словом мирового развития, звучавшим уже на древнем Сатурне. Это Божественное Слово, Первочеловек, который облекается в ходе развития Земли во все новые оболочки, покуда он однажды не станет воплотившимся Изначальным Словом. Сокровенная сила Изначального Слова, которому в ходе развития человечества угрожает потеря действенной силы и забвение, отныне воссияет надо всеми людьми от Христа, Который есть Слово, ставшее плотью.
Вспомним образ, который Р.Штейнер дал для описания состояния Древнего Сатурна: представим себе некие приливы и отливы внепространственных тепловых состояний, осуществляющихся благодаря жертвенному деянию высоких духовных существ - Престолов (132/25). Oтнюдь не случайно, что для слова Welt (мир, свет) берется звук, выражающий собою внутреннее душевное тепло, который сам есть как бы приливающие, вздымающиеся волны.
То, что из многих "земных" звуков здесь стоит D или Т, опять же отнюдь не произвольно. Относительно D Штейнер говорит :“тут как бы выплевывается нечто шарообразное, круглое. D является круглым" (280/49). D и Т образуются при помощи языка и зубов. Тут орган души - язык - наталкивается на наиболее твердое в человеческом организме - упирается в верхний ряд зубов. Это способствует формированию мышления когда оно желает найти себе выражение в речи (307/77). Мышление является той модификацией души, которая может развиваться только здесь, на Земле.
Оживляя слово в образном начале его звуков, мы уходим от абстракций и приходим в конкретность речи (языка). Когда мы говорим конкретно, мы развиваемся в духе эвритмии (190/70). "Это должно воистину стать устремлением человечества - вернуться в речи к образному, имагинативному мышлению" (190/63). Развивать дар имагинации также и для речевых, языковых переживаний - особая, специальная задача нашей пятой культурной эпохи (190/79).
"В самом слове заложены силы, которые, если мы их снова ощущаем, расколдовывают нам утерянный рай. О Слове сказано, что оно сотворило миры. Вся власть и значение Слова должны войти в нашу душу, каждый звук, каждый тон должен стать ведом нам во всем его разнообразии и великолепии, пройдя сквозь наше сознание, наполненное священным трепетом и благоговением" (Мария Штейнер, 280/109).
В докладе "Антропософия, трехчленность социального и искусство речи" (339/15.8.1921) Р.Штейнер говорит: "Кто обращается с языком, не прислушиваясь к нему внутренне, тот не видит образов, тому не приходят мысли; он остается негибким в мышлении, а в языке живет абстрактно - сухо и занудно. Именно в переживании звукового, образного начала в самом формировании речи лежит нечто такое, что высвобождает у нас в душе мысли, которые нужны нам, чтобы донести их до слушателя. Именно в переживании слов живет нечто творческое в душе человека. Оно никогда не должно оставаться без внимания, оно необычайно важно. Мы вообще должны полностью проникнуться ощущением слова, почувствовать, как слово, фраза, образование слова, образование фразы - все это взаимосвязано со всем нашим организмом в целом" (339/98).
В лекциях Р.Штейнера можно встретить много высказываний относительно образности речи. Штейнер раскрывает все новые и новые взаимосвязи языка, как с точки зрения будущего идеала, так и с точки зрения того вреда, который наносится и душам, и физическим телам людей, если речь не пронизана имагинативно-образным началом.
В цикле докладов "Импульсы прошлого и будущего в социальных свершениях" говорится, что язык вершит нечто гораздо большее, чем обычно думают, ибо язык содержит в себе необъятные тайны. Имагинативная жизнь в языке "будет неким важным социальным моментом, ибо именно она соединяет людей социально. Именно общий язык, несущий общую имагинацию, будет придавать глубину социальной жизни" (190/86)2*
Язык, ставший абстрактным, ведет к материализму. Благодаря имагинативно-образной речи люди обретают некую социальную взаимосвязь (190/81). Когда человек благодаря силе имагинативно-образного начала речи по-новому входит в социальную жизнь, он освобождается от внутреннего судорожного состояния, часто являющегося причиной болезни, - он освобождается от душевного и органического эгоизма.
Очень полезно, если люди различных национальностей вместе переживают образное и эвритмические выражение слова, проделывая это как упражнение. Тогда они начинают понимать друг друга не привычным понятийно-абстрактным способом, начинают понимать не разумом, но сердцем, и переживать души разных народов в их отношении к одному и тому же понятию, для которого каждый народ имеет свое слово. Исчезает своего рода стена, разделяющая людей; появляется любовь и понимание по отношению к другим людям, в которых благодаря языку - а язык обусловливается Душой Народа - вплавлено иное чувство, иное переживание вещей. Усваивая движения жеста речи, мы можем видеть сквозь язык, можем взирать уже на область, из которой все проистекает, почувствовать тот духовный источник, который пронизывает язык.
В своем цикле докладов "Симптоматология истории"3 Р. Штейнер говорит: " В человечестве должно появиться то, что я назвал бы "прозрением сквозь речь": люди должны будут обрести способность постигать, улавливать в речи - жест. Еще до истечения нашей эпохи - правда, это будет продолжаться и дальше, захватывая следующий временной период, - еще до истечения третьего тысячелетия люди постепенно будут приходить к тому, что станут внимать другому не так, как слушают теперь: они будут находить в языке выражение того, как человек связан с третьей иерархией: с Ангелами, Архангелами, Архаями (Началами), выражение того, что возвышает человека к духовному миру. Тогда сквозь речь станет слышна душа человека и, естественно, отсюда будет возникать совершенно иная социальная жизнь. Очень многое именно из того, что есть зло, из того, что мы называем злом, должно быть претворено, для того чтобы человек обрел способность вслушиваться в то, что говорит другой, так чтобы через речь была слышна его душа. Тогда - если будет услышана душа говорящего - человека будет охватывать своего рода переживание цвета, и по этому-то языковому цветоощущению люди научатся понимать то, что живет вне национальностей. Один звук будет совершенно естественно вызывать то же ощущение, что возникает при взгляде на синюю краску или на синюю поверхность; другой звук - такое же ощущение красного. То, что мы иногда чувствуем при взгляде на другого человека, как некое тепло, станет в таком слушании, "внимании" своего рода цветом. Мы станем внутренне-сокровенно сопереживать то, что на крыльях звуков голоса будет звучать из уст человека к уху человека. Это придет к человеку в будущем" (185/117).
Эвритмические жесты могут вернуть нас к переживанию языка, которым владели люди в очень далеком прошлом. В той же мере, в какой человек чувствовал себя единым с миром, в той же мере в его языке звуки соответствовали внешнему явлению. Они абсолютно отвечали внешнему миру. Речь была чем-то наглядным и ощутимым, проистекавшим полностью из чувства единения с Божественным. Этого живого языка человечество должно добиться снова, но на этот раз он должен быть пронизан сознанием. Благодаря эвритмии мы снова найдем путь к языку, пронизанному духом. "В будущем эвритмия будет не тем, что сейчас предстает как новое искусство - она будет указывать путь к пониманию, как волны речи несут духовно-душевную жизнь (231/121).
Необыкновенно важную точку зрения на образную сторону языка Р.Штейнер представляет в "Науке о становлении человека". Он говорит о том, как "то, что здесь, в земной жизни человек составляет, соединяет в слова из отдельных словесных атомов или из отдельных частей слова, после смерти человека снова освобождается, растворяется. И это рас-творение, распыление слов играет огромную роль в жизни умерших. В определенной степени умерший живет этим распылением слов. И умерший отчетливо переживает, что в своей земной жизни (до смерти) он был отгорожен от духовного мира потому, что строил слова, составленные из звуков, из букв. Умерший ощущает, что речь есть некий ковер, завеса, скрывавшая от него духовный мир. И расплетая нити этого ковра, растворяя слова, обретает он чувство нового вступления в духовный мир. После смерти снова возможно расщепить те человеческие слова, которые ты узнал в течение жизни между рождением и смертью, растворить их, разобрать. Человек обретает в посмертном существовании некое торжественное, величественное чувство, если ему удается получить в этом растворении определенное понимание" (183/147).
Заниматься художественной речью с людьми, стоящими в преддверии смерти, - это огромное переживание. Они совершенно распахнуты для всего образного в речи и буквально расцветают, когда благодаря занятиям углубляется содержание самого изречения. И тогда можно пережить, что для них это некое предчувствие того мира, в который они вскоре войдут.
Это очень важно - что художественной речью надо заниматься не только с теми людьми, которым предстоит долгая жизнь или которым нужно улучшать здоровье, но также и с людьми, которые стоят у порога смерти. Эти души переживают образы, как некий источник жизни. "Поскольку живые взаимосвязи между живущими здесь на Земле и прошедшими врата смерти будут все ближе и ближе и поскольку импульсы от умерших будут все сильнее и сильнее воздействовать на живых, люди должны будут постепенно воспринять в свою речь, в язык, и тем самым в свое мышление нечто такое, что ведет от абстрактного к конкретному. Это поистине должно стать стремлением человека - вернуться к образному мышлению в речи" (190/63). Люди должны обретать такое образное мышление "начиная с настоящего времени и дальше. Если этого не произойдет, то невозможно дальнейшее успешное продвижение человечества, без этого духовная жизнь человечества усыхала бы и люди могли бы проживать лишь некую животную жизнь" (190/84). Это высказывание звучит для нас как серьезное предостережение: существование людей и всей человеческой эволюции связано с дальнейшим развитием языка и речи.
Образно-имагинативный язык создает врата в духовный мир. "Через имагинативно-одухотворенную речь человек приходит к сущностному содержанию слова, к сверхчувственному, к творящему Слову, которое струится, изливаясь из вышнего мира. Если человек говорит исходя из художественного образа, пробуждается неумирающая жизнь души; если человек работает, исходя из интеллектуально-головного, жизнь души будет убита (281/85, издание 1928 г.).
Следующий отрывок говорит нам о том, какой вред наносит нашей физической телесности абстрактный, рассудочно-заданный безжизненный язык: "Каждое слово, которое пережито без образности, является, собственно говоря, некоей внутренней причиной болезни. Вполне можно сказать, что нынешнее цивилизованное человечество хронически страдает от того, что причиняет ему абстрактное пользование языком, утрата образного ощущения слов... Это заходит очень далеко, прежде всего, эти побочные органические симптомы проявляются в определенной сильной склонности к тому, чтобы у людей ритмическая система становилась неритмической, а также к определенному "отказу" сил обмена веществ. Это действительно так, можно фактически пережить, что именно разрушается ныне в людях из-за их речи. Ведь речь развивается в детском возрасте и если она развивается не образным путем, она действительно вызывает состояние, которое позже разрастается во всевозможные формы болезней, с которыми, однако, бороться можно будет опять же с помощью лечебной эвритмии" (315/48). "В будущем люди вообще будут склонны ко всевозможнейшим нарушениям, поскольку больше не будут иметь способности строить нормальный человеческий облик посредством непроизвольно действующих сил. Человек будет свободен, и даже в отношении построения своего собственного тела он будет становиться все свободнее и свободнее, но он должен будет нечто начать из этой свободы - начать творить имагинативные образы, которые постоянно будут работать, противодействуя деформированию" (315/91). Правильная и образная речь помогает предотвратить то, что приводит к подобным заболеваниям и нарушениям .
Из примеров, приведенных в начале, видно, что человек таким образом, благодаря речи берет в собственные руки свою судьбу. Интенсивное вхождение в язык в занятиях художественной речью меняет человека по существу, он начинает гармонически действовать на свое окружение, если он самоотреченно и благоговейно обращается к божественным существам, господствующим в языке. Эти духовные силы воздействуют на душу и тело человека, исцеляя и то, и другое.
Работая над формированием речи, человек может реально пережить, что значат слова: "в будущем слово будет предупреждать болезни и излечивать их".

Комментариев нет:

Отправить комментарий