Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ.VI. ЧЕЛОВЕК КАК ТРЕХЧЛЕННОЕ СУЩЕСТВО 2

При зачатии тело предоставляется в распоряжение инкарнирующему духовно-душевному. В эмбриональном периоде, а также в

детстве и юности духовно-душевное должно преобразовать это тело в
пригодный для своих целей инструмент. Это не всегда легко. Данную форму тела не всегда удается без труда преобразовать правильным образом; так возникают
расстройства развития и болезни развития (корь, скарлатина, дифтерит и т. д. ). Их можно рассматривать как необходимую борьбу индивидуального духовно-душевного по преодолению унаследован-ного тела. Если же возникают трудно преодолимые препятствия, деформации органов, унаследованные или приобре-тённые вследствие повреждений, то индивидуальность не может правильно
воплотиться. Как кривое зеркало отражает искаженный образ, так и деформированное тело отражает искаженный душевный мир. Таким образом возникают так называемые душевные болезни. Так в смысле современной науки о человеке можно понять фразу: «Mens sana in corpore sana».

Все представленное выше имеет колоссальное значение для педагогики, а также духовно-научно ориентированной гигиены питания, целью которых является поставить в социаль-ную жизнь цельного человека.

Представленное выше членение человеческого существа на тело, душу и дух, и их
органическое взаимодействие даёт телесную Трехчленность организма: обмен веществ, дыхание и кровообращение, чувственно-нервная система. При этом под телом нужно понимать живое тело, как мы его чисто феноменологически можем наблюдать и изучать в растении. Рассмотрение растения показывает, как оно строится, формируется, оживляется из космоса и предстает как физическое явление. Но его существо, лежащее в основе этого явления, суть силовое тело, которое стягивает космические потоки в праобраз, уплотняет в вещества, упорядочивает и обеспечивает движение этих веществ и образует их в живой организм. Мы также узнали, что человек это силовое тело носит внутри своей организа-ции; и каким образом то, что растение непосредственно воспринимает от Солнца, Луны и звезд как образующие силы, происходит у человека от систем его органов. Это тело обра-зующих сил, несущее физическое тело, будучи импульсировано духовно-душевным, живо образующее его по своему духовному образу, можно назвать жизненным телом.

Итак, если мы полностью перечислим члены существа человека, то мы должны тело
дифференцировать на физическое тело и жизненное тело. Из вышеприведенных соображений ясно, что связь между обоими наиболее интенсивная в крови, и что нерв не только освобождает душу и дух, но ещё частично отделяет от себя жизнь.

Плодотворнейшим открытием Рудольфа Штейнера было то, что он показал действие
четырёх членов существа человека в четырёх элементах человеческого тела. Как Аристо-тель во всеобъемлющем смысле представил четыре элемента как отражение четырёх земных состояний со всеми их силами, так кости, кровь, дыхание и телесное тепло мы можем рассматривать и изучать как места действия членов существа.

Физическое тело, естественно, охватывает не только кости, но начиная с физически изме-римой теплоты через воздухообразное, через телесные жидкости, до мышц, органов и плотных образований - везде господствуют законы физического тела. Но в костном скелете его существо выражено чище всего. Образующие силы оформляют его в образ личности.

Жизненное тело противодействует физическому телу. Что было тяжелым, становится
лёгким, что хочет уплотниться - растворяется, что хочет застыть в твердой форме - приво-дится в текучее движение, что хочет отмереть - вновь оживляется. Оживляющая вода в растении - это матка, в которой посредством космических образующих сил проявляется существо. Это химические силы, силы звука, тона, которые в космической алхимии про-изводят чудо образования, преобразования и прехождения вещества. Так и жизненное тело человека действует преимущественно в телесных жидкостях: в крови, лимфе, ликворе - вообще в жидкостях телесных тканей; тайны пищеварения, обмена веществ прежде всего принадлежат этой области.

Душа живет в элементе движения. Дыхание и кровообращение переносят ее через телес-ность. Носителем душевных сил в крови является воздушный элемент — кислород и угле-кислота, которые ритмически движутся то к сердцу, то от сердца. То, что на телесной
плоскости является движением, то на душевной плоскости является как ощущение, свет.

Но духовное, «Я», живет в теплоте. Теплота крови - это телесная носительница духа, из огня крови восходит наша воля и наши деяния, которые нас как личность запечатлели в бытии. И где «Я» освобождается от тела, как это видно в случае нерва, там оно изживается как огонь «вдохновения», в котором оно переживает себя.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ.VI. ЧЕЛОВЕК КАК ТРЕХЧЛЕННОЕ СУЩЕСТВО

Связь тела, души и духа в человеческой организации в античные времена воспринималась
как само собой разумеющееся представление. Mens sana in corpore sana - здоровый дух в здоровом теле - с полным правом говорили римляне. И все же это только одна сторона. В дополнение к этому мы должны сегодня констатировать: здоровым тело становится посред-ством здорового духа. Последнее звучит сегодня абсурдно для наших ушей, однако мы должны попытаться разобраться в этом вопросе.

Как первый, так и второй тезис можно понять, если попытаться проникнуть в проблемы
духовнонаучно ориентированного учения о человеке. Многим людям это сделать трудно,
поскольку они еще не могут реализовать то, что произошло с самим мышлением в ходе
эволюционного процесса. XIX век впервые в истории выдвинул понятие эволюционного процесса (Геккель). Но оно касалось только естествознания и относилось только к тому в человеке, что могло быть более или менее понятно с точки зрения естествознания (наслед-ственность, эмбриология). Но на то, что само мышление находится в процессе постоянного развития, впервые указал Рудольф Штейнер («Философия свободы»). Как раз наш XX век представляет порог, который обусловливает метаморфоз мышления. Мы наблюдаем муки его рождения.

Мы можем поставить себе на службу наше мышление, развивая технику и создавая для
нашего удобства цивилизацию. Кто знает эту эгоистичную и суженную мыслительную жизнь, тот при внимательном самонаблюдении найдет, что такие мысли носят теневой, несущностный характер и не достигают мировой действительности, и человек может поставить вопрос: как обстояло бы дело, если бы я сам служил мышлению? Что было бы, если бы я созерцательно носил в себе мышление, если бы я себя со всем своим существом сделал оболочкой и прислушивался бы к себе? Посредством этого нового самоотрешенного мышления, если упражняться в нем, мы можем проникнуть в царство живого метаморфоза, где растут мысли и выражения становятся творящими мировыми мыслями. Тем самым мы приближаемся к сущности, к объективной действительности.

От созерцательного сознания прошлых времен человечество развилось до мышления в
понятиях, лишенных образов, но чем более духовный мир закрывался для глаз человека, тем менее понятия достигали мировой действительности. Зато Земля, прежде всего на её поверхности, оказалась завоевана связанным с телесностью каузальным мышлением, которое, в свою очередь, снова должно расшириться, чтобы достичь нового «созерцания».

Как всегда в мировой истории, вначале новая способность появляется у отдельных лиц,
прежде чем овладеть массами. Так в созерцательной силе суждения Гёте мы видим
занимающуюся зарю сущностного мышления. Его идеи были для него сущей реальностью,
которую он «видел» (пра-растение). Рудольф Штейнер развил до совершенства эту позна-вательную способность и изложил ее в антропософском учении. Так возникло новое уче-ние о человеке, которое пролило свет на все области жизни и его связь с душой и духом.

То, что человек не является просто механизмом, который может быть объяснен и отремон-тирован посредством физико-химических процессов, уже не оспаривается официальной
медициной. Менее признается, что душа и дух - это реальные сущности, равно как и тело. Вообще, душу и дух рассматривают как эманации тела. Хотя уже более сотни лет мы имеем психологию, но ее история от Т. Фехнера через Гельмгольца, Вундта, Фрейда, Уотсона до современной «факторной психологии» ясно показывает, как бедная восходя-щая душа вытаскивается на показательный процесс, и, наконец, распинается на кресте. (К. Кениг).

И почти ничего не известно о том, что тело, душа и дух гармонично взаимодействуют в
одном организме, и от этого зависят здоровье и болезнь.

Человеческая телесная субстанция не только наделена жизнью, но также одушевлена и
одухотворена. В каком живом отношении стоят друг к другу тело, душа и дух, можно уяснить себе из рассмотрения нервов и крови.

«Кровь — это совсем особый сок». В крови всё человеческое действует непосредственным
образом. Духо-душа живет в субстанции самой крови, она непосредственно с ней связана.
Поэтому спонтанны все импульсы человеческого существа, исходящие из теплой крови. Здесь телесно коренится волевая сторона существа души. В нашем сегодняшнем состоянии сознания мы не знаем, как осуществляется воля. Мы, так сказать, спим в этой области отеческой почвы моральной субстанции. Появляются волевые импульсы, и только тогда, когда они уже появились, мы можем воспринимать их и судить о них посредством нашего сознательного мышления.

Эта деятельность восприятия и мыслительного суждения лежит не в самой крови, но она
опирается на холодные нервы. Нерв — это также особая субстанция, поскольку от нерва
эмансипировано духовно-душевное. Да и сама жизнь в каждый момент отступает от нерва. Он постоянно стремится к отмиранию. Известно, как мала регенерационная способность нерва. Ранение мышц залечивается быстро, ранение же мозга влечет за собой тяжелые, неустранимые последствия, если не саму смерть. В этом заключена глубокая мистерия: сознание возникает за счет жизни. Выражаясь языком Библии: Вкушающий от древа познания изгоняется из рая.

Познание предполагает освобождение, освобождение от познанных взаимосвязей. Пока
познающий дух сам включен в связи, как воля в кровь, не может возникнуть никакого сознания. Но в нерве может объективно отражаться освобожденное духовно-душевное. Кто, например, вплетен в семейные связи, тот сможет только тогда объективно судить о событиях, глубоко затрагивающих всех членов семьи, если он будет сохранять определен-ную дистанцию от семейной групповой души.

Для лучшего понимания будет уместно привести образ из близко лежащего к нашим
понятиям неорганического мира. В «Учении о субстанции» описаны железо и платина. Железо как химически активная субстанция, которая повсюду сама энергично вступает в химические реакции, платина же химически совершенно неактивна. Платина, стоящая в конце ряда субстанций: от железа через кобальт, никель, хром, марганец и т. д. - в сильной степени показывает отмирание химической активности. Зато она действует на химическую активность окружающих ее веществ. Она импульсирует химические реакции просто своим присутствием, не участвуя сама как вещество в протекающих реакциях. Химики называют ее катализатором. Т. е. химизм содержится в ней несвязанным с веществом, но как свобод-ный химизм окружает отмирающую субстанцию, как аура или потенция. Платина имеет благородную способность посредствовать свободной химической силе за счет своей смерти.

Нерв и кровь в человеческом организме полярно локализованы, нерв — преимущественно в чувственно-нервной системе, кровь – в системе конечностей и обмена веществ. Голова – это действительно та часть тела, которая более всего подвержена воздействию сил отмира-ния - отвердевания, тогда как живой обмен веществ без нашего сознательного участия осуществляет строительство тела.

Между нервным полюсом и полюсом обмена веществ лежит область ритмической системы,
в которой живое тело и духовно-душевное ритмически погружаются друг в друга и снова
освобождаются. Эта дыхательная жизнь, продолжающаяся в волевой пульсирующей крови,
вырывается из спящих глубин обмена веществ, однако еще не достигает бодрственного головного сознания. В ней переживает себя чувствующая душа. Возбуждения чувств, такие как радость и печаль, непосредственно действуют на ритм дыхания и пульса. Степень сознательности чувства ранжируется как грёзы в сравнении с бодрственным мышлением и спящей волей.

С этой точки зрения может быть построена общая гигиена, согласная с действительностью.
Ибо там, где происходит нарушение этой связи тела, души и духа, возникает болезнь.

Мы признаем духовно-душевную способность человека собственно причиной заболевания.
Психическая предстадия болезни, прежде чем она выразится в органических расстрой-ствах, все более и более привлекает к себе интерес врачей.

Человеческий организм можно сравнить с весами, которые посредством ритмической
системы поддерживаются в равновесии между полярностями нервов и крови. В зави-симости от того, прорываются ли нервные процессы отвердевания в обмен веществ или огненные процессы крови в нервную область, возникают болезни отвердевания или воспалительные болезни.

Так за каждым телесным расстройством стоит духовно-душевный факт; таким образом
становится понятным цитированный выше тезис: «Здоровое тело посредством здорового духа". Или лучше сказать: «Здоровое тело посредством здоровой духовной взаимосвязи».

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ. V. ОБРАЗОВАНИЕ БЕЛКА ПОСРЕДСТВОМ СИСТЕМЫ ОРГАНОВ 2

Когда мы имеем животный белок, то мы должны уже говорить не о силах мирового формиро-вания, силах мирового огня, мировой жизни и мирового ритма как об образующих импульсах этой субстанции, но о силах формирования органов, о силах огня органов, о жизни органов и ритма органов. Химически-силовой символ животного белка примет следующий вид:

Если мы о животном организме говорим как о вывернутом космосе и рассматриваем органы
как источники-заместители космических сил, то мы должны видеть в них отражение звёзд-ных сил. В самом деле, в античном мире жрецы с органов жертвенных животных считывали волю богов, так же как в других культурных кругах жрецы черпали божественные указания из движения звёзд.

В человеческой организации снова вступает в силу новый элемент: ν животных групповая
душа отдельного семейства и порядка является все формирующим принципом. Можно гово-рить о групповой душе, вылившейся в отдельные животные формы, как это понимали в античном мире, исходя из действующих сил знаков Зодиака. Но у человека в центре челове-ческого формообразования выступает само Солнце, собирая все внеземные силы. Это направ-ленное упорядочение, которое вливает разум как в форму человека, так и в его сознание. Поверхностный способ рассмотрения может быть склонен рассматривать отличие от живот-ного как вопрос о качестве нервной субстанции и мозга. Но, в противоположность этому, нужно понять, что в человеческом образовании выступает нечто новое, что человеческая духовность связана не только с нервами и мозгом, но что весь человеческий организм, весь человеческий облик является носителем этого душевно-духовного ядра. Животное действует из природного инстинкта, из заданной телесной формой связанности, человек же из личност-ной внутренней уверенности, которую он также может образовать только на основе своего универсального телесного облика. Разумна не отдельная пчела; но весь пчелиный народец в своем улье обладает мудростью благодаря групповой душе, которая охватывает рой. Только человек сам по себе представляет род и несет в самом себе солнечный порядок.

Растение- это носитель жизни; животное - носитель души; человек- это носитель духа.

Но какие вещественные основы находятся в распоряжении человека? И снова поверхностный способ рассмотрения может указать на подобие животного белка и человеческого белка; и отсюда черпать поддержку для воззрения, что человек — это высшее животное. Но как расти-тельный белок отличается от животного, так и животный белок отличается от человеческого.

Прежде всего нужно уяснить себе следующее: животное, как носитель души, поскольку оно
суть живое существо, содержит в себе существо растения. В самом деле, там, где в животном
организме на передний план выступают вегетативные процессы, мы находим вещества,
напоминающие растительную субстанцию. Так и человек, будучи живым существом, в своих
вегетативных процессах несет в себе растительное существо. Также в печени человека и в его
крови мы находим углеводы. Но человек несет в себе не только растительное; поскольку он — одушевленное существо, то он несет в себе также и животное. Так вещественной основой того, что он является носителем души, является человеческий белок. Собственно же челове-ческая субстанция также характеризуется новым элементом: существенной субстанцией в человеческом организме является железо. Изучение железа приводит нас к воззрению, что мы в нем имеем очень важное вещество. Железо в своих феноменах показывает, что оно способно то, что распространено в макрокосмосе, свести в точечный центр микрокосмоса. В «Учении о субстанции» мы познакомились с железом, как носителем личностных сил; при исчезновении железного содержания личность, так сказать, больше не имеет под ногами почвы, как это можно наблюдать при патологических состояниях. Это железо преобразует белок в кровь. «Кровь -это совсем особый сок», субстанция, носительница тела, души и духа. Эта субстанция обусловливает индивидуальные ритмы человеческого организма.

Конечно, высшие животные также имеют в крови железо, но как белок образуется уже в
растении при соприкосновении с животной сферой, так и содержащая железо красная кровь
высших животных является результатом соприкосновения с человеческой сферой. Это не
означает, что только соприкасающиеся с человеком домашние животные имеют в крови железо, это относится также к диким животным. Мы ведь видели, что животное при опыле-нии цветка физически отступает по отношению к животному образованию как мировому процессу, который в движении воздуха способствует созданию белка в семени. Так и процесс человеческого образования в железном содержании крови высвечивается уже у высших животных.

Тем не менее, человеческая кровь отличается от крови животного как по составу, так и по
существу. Это выражается в облике кровяных телец, а также по многим физиологическим
признакам. Например, температура крови только у человека поддерживается постоянной. Эта
температура человеческой крови в 37° создает основу человеческой личности. Там, где ритм
дыхания вступает в соприкосновение с кровью, проявляется в человеке космическая законо-мерность. Ритм человеческого дыхания вчленен в солнечный ритм Платонова года. Также
как точка весеннего равноденствия Солнца за 25920 лет обходит весь Зодиак, так и человек за
время от восхода до восхода Солнца совершает 25920 вдохов и выдохов (за сутки). Один вдох и выдох соответствуют одному солнечному году. За время одного вдоха и выдоха у здорового человека следует четыре удара пульса. Эта совместно с солнечным ритмом пульсирующая кровь также является свойством человеческой личности.

Как кровь в человеческом организме течёт по космическим законам, имея в сердце свой центральный орган, так в сердце мы можем увидеть центр человеческой личности - солнце нашего микрокосмоса. И как солнечное тепло во внешнем мире приводит растение к цветению, развертыванию, отцветанию, распылению и истечению в аромате, так и в сердце, в теплоте сердечной крови мы можем познавать те качества, которые мы приписывали мировому огню.

В сердце действуют огненные подъемные силы, которые формируют индивидуальность
человека. В нем также действуют силы одухотворения, создающие пространство для духовного мира. Здесь мы также имеем действие элемента белка крови, родственного огненному веществу.

Сердце охватывается легкими. Вместе с вдыхаемым воздухом они воспринимают формо-образующие силы космоса. Для легких характерно то, что существенным для них является
не столько кислород или азот, сколько углерод, который не выдыхается во всей полноте как
окисел углерода, но его действие, как формообразующего земного элемента, распространяется
вплоть до костного образования. На это сегодня еще мало обращают внимания и не видят последствий этого процесса. Земное вещество углерод - это та субстанция, которая посред-ством деятельности легких создает костный остов как отражение личности и которая в своих
формообразующих силах, когда они освобождаются от своей связанности с органическими
явлениями, делает возможным полёт мысли и обеспечивает мыслительные формы созна-тельной деятельности. Об углероде мы знаем, что он является выражением формообразующих мировых сил, носителем мировых мыслей. В Я-сфере человека он обеспечивает формирова-ние его мыслей, а также его индивидуального облика.

Печень вчленяет человеческую субстанцию в жизнь. От неё исходят те силы, которые в
человеческий белок вчленяют элемент жизни. Рудольф Штейнер называет печень химика-тором человеческого организма. Соответственно этому все печеночные процессы разыгры-ваются, так же как и все химические реакции, в водном элементе. Приготовление телесных жидкостей происходит в чередовании всасывания и выделения, в формообразовании вну-треннего химизма. Хилус и лимфа находятся в области печеночной организации, и обрабо-танная в печени кровь воротной вены устремляется от печени к сердцу.

Почки, напротив, это всасывающий орган. (Рудольф Штейнер). Совместно с мочевым
пузырем они высасывают воздух из всего организма. То, что в жидком виде выделяется как вода и моча, это, в принципе, воспринятый воздух. Мы только тогда поймем это выска-зывание, если снова сможем оживить в себе древние аристотелевы элементы, которые не сводятся к элементам физиков и химиков, но несут в себе существо, в данном случае это существо воздушного, газообразного. Осветить тотальность жизни органов всегда можно только с определенной точки зрения. Автор вполне сознает, что нужно на протяжении дол-гого времени жить с указаниями Рудольфа Штейнера относительно постижения жизненных процессов, чтобы понять совсем другую значимость его понятий, для которых ведь не всегда даются новые слова. В этом смысле почки являются первичной причиной для вдоха, легкие же - это исполнительный орган почек. В почках мы видим орган движения, движения воздуха через человеческий организм, что на более высокой плоскости означает душевное движение, ощущение и деятельность представлений.
Нервная система, как носительница этих высших функций, лежит в области действия почек.

Итак, в этих четырех системах органов мы видим излучение сил для образования полной
человеческой субстанции. Как у растения углевод для того проявляется в крахмале, сахаре и
целлюлозе, чтобы мировая жизнь, мировой огонь и мировые силы формообразования смогли
соответственно проявить свои образующие импульсы, так и человеческая субстанция дифференцирована на кровь, нервы, кости и лимфу в зависимости от того, действие какой из
систем преобладает: сердечный огонь или почки как орган воздушных процессов; легкие как
орган-носитель формообразующих сил или печень как орган-инспиратор живого химизма.
Побуждение для образующей деятельности получают эти органы с двух сторон. С одной
стороны, посредством принятия пищи, с другой стороны, посредством духовного потока питания, который был описан как космическое питание посредством чувственных восприятий и мышления.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ. V. ОБРАЗОВАНИЕ БЕЛКА ПОСРЕДСТВОМ СИСТЕМЫ ОРГАНОВ

Субстанция растения - это углеводы. Мы знаем, что их можно расщепить на уголь и воду,
если мы сильно нагреем в пробирке лист, цветок или кусок древесины. На стенках пробирки мы обнаружим осевшие капельки воды и как твердый остаток, повторяющий структуру субстанции, углерод. Отсюда растительная субстанция получила свое название — углеводы. Далее, поскольку мы знаем, что вода, в свою очередь, может расщепляться на водород и кис-лород, то мы получаем элементы растительной субстанции: углерод, водород и кислород. При этом следует обратить внимание на то, что эти элементы понимаются не в смысле строитель-ных камней — ибо мы никогда не сможем из углерода, водорода и кислорода снова построить углеводы, - здесь мы скорее имеем дело с продуктами распада, трупами, выпавшими из живого процесса веществами, по которым мы можем установить следы прежней жизни.

Не черный скелетовидный углерод содержится как строительный камень в растении, но его
космическое качество как мировая формирующая сила, которая с периферии ткет облик
растения. Повсюду, где в растении выступает формообразующая сила, в прожилках цветка, в
ребрах листьев и вплоть до склонных к одеревенению стебле и корне, везде доминирует сила
углерода. Он является носителем космических формообразующих сил и фиксирует жизнь в
земном облике. Он открывает эту силу еще как вещество, когда, соединяясь с самим собой в
цепях, в ветвлениях цепей, в кольцевых образованиях, составляет основу всех органических
соединений. В химических структурных формулах наглядно отображена его остовообразу-ющая сила. Этот процесс формообразования не связан первично с углеродом как субстанцией, но там, где он действует, можно в конце концов обнаружить вещественный, видимый угле-род. Формообразующий процесс действует при образовании крахмала, сгущает крахмал в целлюлозу, но как углерод он обнаруживает себя только при разрушении растения. Мировой процесс заканчивается в субстанции.

Фиксация живых процессов в скелетовидное явление, формирование земных существ позволяет углерод назвать в истинном смысле слова земным веществом.

Если мы таким же образом подойдем к водороду и посредством созерцательной силы
суждения будем отыскивать процесс, лежащий в основе этой субстанции, то мы придем к
растворяющему мировому огню. Водород известен на Земле как наилегчайшее вещество, и его подъемную силу мы исчерпывающе можем изучить в физических и химических фено-менах. В связи с этим стоит также его огненная природа, и в «Учении о субстанции» мы назвали его поэтому «огненным веществом». Растворяющий мировой огонь, как космический процесс, приводит растение к развертыванию, цветению, отцветанию, распылению, т. е. к полному растворению. Мировой огонь также действует при образовании крахмала, растворяя крахмал до сахара. Но огненное вещество как субстанция обнаруживается только как труп, после разрушения растения.

Третий партнер при образовании крахмала, кислород, приводит нас к мировой жизни.
Кислород атмосферы и гидросферы - это носитель мировой жизни. На растение он действует в виде оплодотворяющей воды - вода содержит 89 % кислорода - и вызывает рост и прорас-тание, инкарнацию существа в явлении. В этом смысле кислород является антиподом огнен-ного вещества. В «Учении о субстанции» кислород мы назвали «жизненным веществом». Огненное вещество является, говоря в духе Гёте, носителем полярности существа и явления.

Весной, когда жизненное вещество действует в оплодотворяющей воде, когда в природе всё
прорастает, начинает воплощаться идея растения; в середине лета она достигает высшей точки видимого бытия. Но когда поздним летом и осенью растение под действием огненного вещества отцветает, преходит, высыхает и остается только в виде семени, тогда существо растения отступает из видимого бытия, чтобы следующей весной посредством семени снова выступить как явление.

В углеводах проявляется ритм взаимодействия между огненным веществом и жизненным
веществом, между существом и явлением, этот ритм в каждой стадии более или менее
фиксируется посредством земного вещества. Когда земное вещество достигает максимума своего действия, прекращается ритм, и углевод застывает, как мы видим это при образовании целлюлозы в одеревеневших частях растения. С другой стороны, когда огненное вещество достигает максимума своего действия, тогда углевод становится более или менее бесформен-ным, как мы видим это при образовании сахара и при дальнейших рыхлых формах расти-тельной субстанции.

Итак, углевод — это результат взаимодействия земного вещества и жизненного вещества,
причем не следует забывать, что речь идет не об атомистической комбинации этих трех веществ, но более о взаимном сплетении мировых качеств, которые являются причиной становления живого единства - крахмала и его метаморфозы. Только когда это органическое единство нарушено, как трупы выпадают эти три вещества из живого организма.

В «Учении о субстанции» как силовой химический символ углерода была представлена
следующая формула:

В зависимости от того, какое из этих качеств выступает в своем действии на передний план,
мы имеем:
При преобладании мировых формообразующих сил – целлюлозу
При преобладании сил мировой жизни – крахмал
При преобладании сил мирового огня – сахар

И как для построения растения характерны углеводы, так для построения животного
организма характерным являются белки. Но растение также в одном пункте своего развития
образует белок, а именно, в образовании семени. То есть как раз там, где животная сфера
соприкасается с растением: в стадии цветения растение посещается миром насекомых, оно
соприкасается с подвижным элементом, который переносит цветочную пыльцу на рыльца других растений - там этот процесс завершается образованием семени, которое содержит белок. Дело не в том что якобы насекомое прямо переносит на семя животную субстанцию, но здесь скорее действует сила движения, которая разыгрывается между растением и мировы-ми далями, которая находит свое физическое выражение в белковой субстанции семени. И тогда не важно, что у растений, опыляемых ветром, физическое животное отступает, и эту силу представляет воздушный круг; эта сила действует в субстанции белка как азотистый процесс.
В «Учении о субстанции» этот азот назван «воздушным веществом» или «движущим
веществом». Он является носителем движения и мирового ритма. В латиноязычных странах он несет в себе еще нечто от своего космического аромата - его называют «Azote» (от Azur - небесная голубизна). Фиксированное на земле растение подвижно в семени благодаря воздушному веществу. Если бы семя не было пронизано латентной движущей силой, ветер не смог бы его захватить и переносить по воздуху. Само воздушное вещество свободно движется в воздухе — атмосфера содержит 80 % свободного, химически не связанного азота, ибо там, где он связывается химически, образуется взрывчатое вещество (скованное движение).

Как химически силовой символ растительного белка в «Учении о субстанции» приведена
соответствующая формула:
                                             
                                                          Мировой ритм (движение)

При образовании животного белка вступает в силу совсем новая точка зрения: образование
гаструлы в эмбриональном развитии животного (в отношении растительного развития) - это нечто новое. Посредством процесса вывертывания гаструлы образуется внутреннее и внеш-нее. Если растение возникает прямо из космической ткани, то при животном образовании присутствует импульс, который полое пространство отделяет от внешнего космоса, и в нем развертывается собственная внутренняя деятельность органов. Система органов представляет собой эмансипированный от макрокосмоса микрокосмос. Внутренняя система органов - это силовой центр микрокосмоса, который соответствует творящим силам макрокосмоса. Живот-ное усваивает внутрь часть космических образующих импульсов и строит внутреннюю систему органов. Растительная субстанция подвергается прямому воздействию излучения космических сил, она связана с внешним светом, однако образование животного белка воспринимает свои образующие импульсы из вывернутого космоса.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ. IV. КОСМИЧЕСКОЕ ПИТАНИЕ. 2

Вопрос, как сплетаются между собой земной и космический потоки питания, можно
пояснить следующим описанием:

Мы сравнили земной поток питания с растением,

которое растет сверху вниз, т. е. все более утончается и растворяется, пока наконец, проходя через стенки кишечника, «отцветает», источается в крови.

Посредством деятельности пищеварения
первоначально грубые питательные средства вначале размельчаются во рту посредством жевания, затем при проходе через желудочно-
кишечный тракт они разрушаются также химически. Углеводы превращаются в сахар, белковые вещества - в пептоны, пептиды и аминокислоты, жиры - в глицерин и
жирные кислоты, и, наконец, через стенки кишечника всё втекает в духовный микро-космос. И, как в ответ на излучение растения во внешней природе космос производит семя, так по ту сторону стенок кишечника образуется человеческая субстанция белка.

Где же семя этого растения? Земная пища, земной поток субстанции питает в особенности
нервную систему. Наблюдения в голодных областях Центральной Европы дают основания для такого утверждения. Недоедание проявляет себя прежде всего симптомами в нервно-чувственной области: забывчивость, общая нервная слабость, ослабление мышления вплоть до ослабления зрения и слуха. Само собой разумеется, что потом все это переходит в повреждение всего организма, поскольку ведь нервная система в целом имеет «трофический» характер. Итак, «семя» отцветающего потока питания мы должны мыслить действующим в неρвно-чувственной системе.

Что делает семя, когда его помещают в плодотворную почву? Оно выпускает корни и
производит новое растение. Так внедряемся мы своей нервно-чувственной системой, как корнями, в мироздание, чтобы оттуда посредством восприятия и создания в нас «нового растения» воспринять в себя «духовную пищу» - творящие силы мировых мыслей. Это вновь созданное растение суть «перевернутое растение»; оно растет сверху вниз из сил вещества, свой силовой поток оно из сверхчувственного, сверхматериального состояния сгущает буквально в плоть и кровь.

Можно возразить, что некоторые люди могут обойтись без космического потока питания,
например, те, кто ни одной своей мыслью не соприкасаются с мировым мышлением. Конечно, в течение некоторого времени это возможно без появления тяжелых болезненных явлений и симптомов разрушения, однако никто настолько не отрезан от сопереживания мира. Все же нужно заметить, что качество его живой субстанции существенно иное, чем у того, кто любовно соучаствует в жизни космоса.

Там, где истощается космический поток питания, организм пытается скомпенсировать этот
недостаток усилением земного питания. Отсюда мы видим, что люди, антипатично относящиеся к миру — сюда относятся абстрактные мыслители и люди, занятые расчетами (т. е. люди, профессия которых заставляет их целый день быть прикованными к письменному столу), - плохо утилизируют жиры. Они в состоянии потреблять большие количества пищи, и при этом всегда испытывают голод. Напротив, люди, которые связаны с миром симпатиями, нуждаются в относительно малом количестве земного питания.

Один маленький эпизод из практики автора как преподавателя народного университета.
Однажды в ходе курса, посвященного вопросам питания - это было голодное время в Германии - обсуждалось космическое питание. Один из учеников, подмастерье слесаря, взял слово и сказал примерно следующее: «Теперь мне становится понятным, почему моя мать, которая почти ничего не ест, так крепка и здорова. Моя мать - добрая женщина, и часто свой последний бутерброд отдает отцу. Теперь мне ясно, что бутерброд, который она отдает отцу, питает ее лучше, чем отца, который его ест».

С другой стороны, можно показать, что есть люди, которые могли бы жить без земного
потока питания. Вспомните жизнь святых, и особенно феномен, который в прошлых столе-тиях возбудил весь научный мир: Тереза Нойманн из Коннерсройта.

Тереза была крестьянской девушкой из Франции. Юность ее нормальным образом прошла в
доме ее родителей. Она была исполнена внутренней религиозности и сердечной доброты. Падение с лестницы во время пожара приковало ее к больничной койке, и здесь примеча-тельным образом началась анормальная жизнь, которая принесла ей славу святой. Она отказывалась от любой пищи, вплоть до гостинцев, которые ей приносили при посещении знакомые и родственники. Каждую неделю в замутненном дневном сознании она переживала историю страданий Иисуса Христа. Каждую пятницу на ее руках и ногах появлялись раны, стигматы, которые часто кровоточили. В этом состоянии она говорила обычно на арамейском языке, когда обращалась к кому-либо. Так она жила на протяжении многих лет, несмотря на невосполнимые потери крови, практически безо всякой земной пищи. Врачи, ученые, ответ-ственные лица решили по поводу этого факта: поскольку он «необъясним» с точки зрения ортодоксальной науки, следует о нем умалчивать. Но существенным в этом случае является то, что при полностью прерванном потоке питания в переживании великих космически-земных событий мировой истории так активизировался поток космического питания, что он смог поддерживать жизнь тела.

Рассмотрев описанные отношения и поняв описанные в медицинских докладах Рудольфа
Штейнера сложные процессы питания, можно прийти к следующему выводу: земное питание
действует главным образом на построение нервно-чувственных органов, тогда как косми-ческое питание строит органы, образующие кровь и связанные с деятельностью обмена веществ. Органы обмена веществ состоят из космической субстанции, но они обеспечивают земной поток питания; нервно-чувственная система образована земной субстанцией, но она обеспечивает космическое питание.

Сказанное выше можно проиллюстрировать рядом результатов опытов, которые автор проводил в 1929— 32 годах в исследовательской лаборатории в Клинико-терапевтическом
институте в Арлесхайме под Базелем.

В качестве биологического реагента были выбраны

семена пшеницы, рост которых наблюдался и измерялся при следующих условиях: отобранные семена пшеницы были по 10 штук помещены в стаканы с дистиллиро-ванной водой; они плавали на поверхности,
пока после прорастания они сами посред-ством корней не начинали удерживать себя в вертикальном состоянии.

Это был контрольный опыт.

Так прорастающие ростки пшеницы представляют тест-объекты, которые так чувствительны, что по ним можно считывать как способствующие развитию силы, так и сдерживающие раз-витие силы. Таким образом, можно исследовать как органы обмена веществ, так и органы нервно-чувственной системы, а именно, нужно так выбрать порядок проведения опыта, xтобы можно было выразить характерное своеобразие образа их действия, т. е. нужно обеспе-чить как прямое воздействие субстанции органа, так и возможность излучения с периферии.
В первом случае семена пшеницы вместо дистиллированной воды были помещены в разбав-ленный раствор субстанции органов; в последнем случае, напротив, прорастающие в дистил-лированной воде семена были окружены тем же раствором субстанции органа, который в
первом случае прямо из жидкости воздействовал на росток.

Эти органы взяты от теленка через несколько минут после забоя. Хотя и обосновано возраже-ние, что животное пищеварение нельзя сравнивать с человеческим (ведь животное не явля-ется личностью), все же опыт дает представление о направлении, в котором могут протекать
процессы. Был поставлен ряд опытов с мозгом (субстанция четыреххолмия), с радужной
оболочкой, сетчаткой, сосудистой оболочкой и стекловидным телом — как органами нервно-
чувственной системы, а также с селезенкой и яичниками - как органами системы обмена веществ. Из этих органов был приготовлен раствор различных степеней разбавления: D4, D6, D8 и D10. Как приготовить такие растворы, было описано в «Учении о субстанции», гл. 17. Результаты этих опытов представлены на рис. 12- 13.

Опыт прекращался через десять дней, измерялась длина листьев и корней и вычислялось
арифметическое среднее. В представленных на рисунках кривых вверху приведена длина листьев, а внизу - длина корней (рис. 14-17).

Оказывается, что субстанции нервно-чувственной организации побуждают к росту, если они
могут действовать из сферы; они излучают и посредничают излучению из окружения, но не
являются субстанционально содействующими росту. Напротив, субстанции органов обмена
веществ сами участвуют в росте, но не обладают излучающей силой.
Так проявляются оба потока питания сверху и снизу в ходе космически-земных отношений.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ. IV. КОСМИЧЕСКОЕ ПИТАНИЕ. 1

Человек посредством процессов обмена веществ и органами чувств внешне связан с окружающим его пространственным миром: этими - духовным образом, теми - физическим.

Связь человека с окружающим миром посредством обмена веществ мы описали - следуя
обычной терминологии - как питание; и вещества, которые преобразуются таким образом и через пищеварение способствуют созданию человеческой субстанции, мы называем питатель-ными средствами. В ходе желудочно-кишечного пищеварения они растворяются на низшие структурные элементы и источаются сквозь стенки кишечника в духовное состояние, чтобы затем из этого духовного состояния сгуститься в человеческий белок. Это земной поток питания.

К этому потоку питания относится также выделение. В современной физиологии ему припи- сывается только лишь функция удаления ненужного. Но соответствующее действительности
рассмотрение процесса позволяет обнаружить и другие существенные аспекты. Поясним это опять же на процессе во внешней природе.

Можно, например, изготовить коллоидное серебро - черно-коричневую жидкость, — очис-тить его посредством диализа и затем вызвать коагуляцию. Темный раствор свертывается, и после осаждения черного коагулянта вверху становится видна прозрачная светлая жидкость,
которая может быть профильтрована. Эта прозрачная жидкость суть чистая вода; никакие
химические методы не устанавливают ни малейшего следа серебра. Биологически же можно
доказать, что она обладает качеством потенций серебра. Мы знаем, что высшие гомеопати-ческие потенции не имеют вещественной базы, что они скорее представляют силовое воздей-ствие, которое приписывается субстанции на высшей, нематериальной ступени. Такие растворы получают посредством ритмического разбавления и встряхивания субстанции, так что субстанция постепенно исчезает, зато в растворе выступает «потенция» как нематериаль-ная духовная сила. В нашем примере серебро отделяется лишь однократно, а именно, посред-ством осаждения. Это подобно тому, как если бы к колбе подвели насос, посредством кото-рого с другой стороны будет создаваться всасывающий вакуум, в который могут втекать другие качества.

Нечто адекватное разыгрывается также в организме, когда происходит выделение в обмене
веществ. Кто не замечал, как оживляются сознательные функции, когда выделительная
деятельность в порядке. А какими парализованными чувствуем мы себя в нашем мышлении,
чувствах, воле, когда у нас «запор» в широком смысле слова. Сознательные процессы и
восприятие становятся притуплёнными. Вялость обмена веществ вызывает нарушения в нервно-чувственной системе. Это открывается во взаимодействии верхней и нижней организаций, которое, как это мы покажем позже, имеет также и обратное действие.

Посредством наших чувств мы живем во взаимодействии с окружающим нас внешним
миром. То, что мы видим, слышим, обоняем, вкушаем, ощупываем, мы перерабатываем в
представления и понятия. В мышлении мы упорядочиваем понятия и делаем их содержанием идей и идеалов. Мы пытаемся реализовать свои идеалы посредством собственной воли, используя художественные, научные, ремесленные формы выражения. Тем самым мы вчеканиваем себя в бытие.

Все это значительно больше связано с внечеловеческим мирозданием, чем обычно думают.

Мы изучили жизнь растений и видели, как в ритмической смене существа и явления летом
они радуют нас своей видимой красотой, осенью же, когда они изливаются в аромате,
распыляются, излучаются, они возвращаются в царство существ. Мы знаем, как идея растения
следующей весной, зацепившись за семя, снова выступает как видимое явление. Вначале можно это рассматривать только как образ, но если вжиться в этот образ, то его можно, подоб-но Гёте, созерцать как реальное существо пра-растения, которое не мог понять Шиллер, назвав его «только идеей». Мироздание исполнено такими сущими идеями, каждое из этих существ суть божественная мысль. Так Божественные идеи становятся внешней природой, видимым миром. Как можем мы внутри себя понять и пережить это?

Часто на протяжении лет мы носим в себе какую-нибудь мысль, ещё непонятную и не выраженную; постепенно она обретает контуры, становится ясной и прозрачной; наконец, она начинает уплотняться, так что мы можем её высказать, написать или представить как зримую реальность в художественном произведении. Так мы становимся творцами видимого царства - культуры. Разве творение природы, видимого мироздания, не следует мыслить таким же образом? Разве в макрокосмосе не развертывается аналогичная человеческому мышлению деятельность, но на более высокой ступени, которая создает вокруг нас природ-ные формы? Природа и культура относятся друг к другу как предмет и отраженный образ; и художественное произведение истинно, если в нем отражается мировая мысль; культура выполняет свою задачу тогда, когда в ней через деятельность человека высвечиваются мировые мысли.

Как человеческие мысли, находящие в художественных произведениях видимое выражение,
воскресают в понимающих человеческих душах; так и мировые мысли празднуют в нас своё
воскресение, когда мы с открытыми чувствами подходим к природе и её творениям. И это суть космический поток питания. Через все наши чувства в нас постоянно вливаются образы мира, восприятия мира. Это поток образующих сил, это те же образующие силы, которые с мировой периферии действуют на растения и строят их, каждая в соответствии со своим существом. Эти образующие силы заняты также строительством человеческого организма и сгущаются в кровь и плоть. Посредством нашей жизни восприятий мы воспринимаем в себя часть мировой жизни, только мы об этом не знаем. В сотворенном окружающем нас мире мы видим созданный божественными силами мир, из которого произошло также наше тело. Оно, как микрокосмос, является отражением мира. В истории питания мы уже указывали на то, как человек постепенно отделяется от космоса, он приходит к образованию своей свободной индивидуальности за счет своих духовных связей с миром. Так тело все более впадает в состояние отвердевания; что ранее вливалось в него посредством переживания божественно-наполненного мира, сохраняло его тело мягким и пластичным; сегодня оно предоставлено самому себе в лишенном божества мире. В мышлении, чувствах и воле нащупывает он, как свободное "Я", обратный путь к творящим силам.

Насколько человеческие мышление, чувства и воля снова найдут гармонию с мировым
мышлением, настолько мы сможем воспроизводить в мыслях, чувствах и творчестве боже-ственные мысли, настолько они будут созидательно-деятельны в организме. Если это созву-чие не будет достигнуто, то человеческое мышление станет абстрактным, нереальным,
разрушительным, будет создавать мыслительные призраки; космические образующие силы
перестанут питать тело. Ставшие таковыми люди вместо еды будут охотнее глотать хими-чески изготовленные пилюли. Они пожелают быть пассивными, будут экономить время, избегать обсуждений — что требуется "Я» как в земном, так и в космическом питании. След-ствием этого является высыхание тела и души: тело становится склеротическим, душа - без-радостной и лишенной любви. Дух немецкого языка ясно выражает то, о чем здесь идет речь, в слове Erbauung (созидание). Каждый хорошо испытывал на собственном опыте, как он себя «созидает», как он чувствует насыщение при размышлении над значительными мировыми идеями, при восприятии истинных произведений искусства или при переживании красоты и мудрости природы. Быть может, некоторые люди заметили, что потребность в материальной пище заметно снижается во время путешествия по горам, особенно в высокогорных районах.

Австрийский писатель Рудольф Ханс Барч описывает в своем романе обед одного человека,
который художественным образом относится к явлениям природы. Он дает прелестные описания того, как он переживает воздушные силы, когда он преломляет хлеб и ест овощи, как он ощущает плодотворные потоки дождя, терпкость почвы, солнечную силу созревания; как он радуется скругленной форме яблока, цветовому великолепию фруктов, изяществу посуды и белизне скатерти. Эти радостные мысли пробуждают в нем силу любви и глубокую благодарность. Праздничная серьезность наполняет всю сцену, и поэт называет это «праздником воплощения». Но сюда еще следует добавить понимание того, что питание - это физически-духовный процесс, общение Неба и Земли, которое устанавливается в человеке и посредством человека.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ПИТАНИИ. III. ИСТОРИЯ ПИТАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Представление о том, что человек с древнейших времен в существенном питался одинаково,
является таким же заблуждением, как и то, что он с таким же родом сознания воспринимал
окружающий мир, как и сегодня.

Вначале укажем на то, что мы лучше всего поймем полярную противоположность чувствен-ной жизни и жизни процессов питания, если будем мыслить их развитие, исходя из дыхания в сторону утончения и в сторону огрубления. В середине, в дыхании, оба вида процессов
— ощущение и питание — еще очень близки друг другу. В дыхании присутствуют оба ещё в
зародышевой форме. Дыхание так тесно связано с чувством, первой смутной ступенью созна-ния, что когда мы воспринимаем мир в ощущении, то наше дыхание становится ускоренным и более легким. С другой стороны, мы глотаем воздух как подкрепляющий бальзам; как насыщаемся мы пряным воздухом! Чувство и питание здесь почти едины.

Отсюда вверх все более развиваются те телесные процессы в чувственно-нервной системе,
которые становятся основой бодрственной сознательной душевной жизни. Вниз же развива-ются те процессы, которые протекают в глубоком сне, питая нас телесно.

Поэтому не следует удивляться, что оба процесса в ходе развития человечества параллельно
изменяются, развиваются и совершенствуются. Поскольку пищеварение - это способность
личностная, то, прослеживая развитие этих личностных сил, мы можем получить ключ к истории развития питания. По ступеням возвышает человеческий дух себя и мир. Также он совершенствует свои питательные средства — он учится переваривать мир.

Как ни спутан и отрывочен общий прогресс сознания человечества на Земле, все же он
повторяет великие пра-ритмы. И точно также обстоит дело с питанием. То, что мы после-довательно завоевываем, сплетается друг с другом в пестрый ковер. Прогрессирующее и
отстающее, самоутверждающее и преходящее сплетается в живую ткань отдельных фактов.
Изучение преданий культурных народов указывает на великие ритмы, - здесь приводятся только крупные ступени, - которые господствуют в истории человеческого питания.

Если мы бросим взгляд в прошлое, насколько это позволяет предание, например, в эпоху
древнеиндийской культуры, которая образовалась непосредственно после великой водной
катастрофы, о которой рассказывает мифология всех народов, т. е. во времена первой культуры, которая нашла свое выражение в Ведах, то в отношении питания мы найдем много важного и интересного. Эти древние народы занимались животноводством и питались молоком животных.

Молоко - это вообще древнейшая человеческая пища. Это продукт живого и одушевленного
организма, причем производящие молоко органы образуются в связи с органами воспроиз-ведения. Воспроизведение подчиняется лунному ритму, поэтому и молоко связано с лунным ритмом. Оно содержит все, в чём нуждается растущий организм, это тотальное питательное средство - синтез в жидкости белков, жиров, углеводов и минеральных солей. В молоке, как и в зародыше, содержатся строительные вещества природных царств — животного, расти-тельного и минерального.

Так пра-человечество поддерживало свою жизнь преимущественно животной субстанцией.
Этот вид питания восходит к допотопным временам и образует источник потока челове-ческого питания.

Данные духовной науки указывают, что происхождение молока связано с лунным
принципом, как это следует уже из феномена воспроизведения. В эти пра-времена, когда лунный принцип еще пронизывал всю Землю, когда Луна и Земля еще образовывали единство, тогда атмосфера этой планеты была пронизана белковой молочной субстанцией, которую впитывали в себя как пищу жившие в то время на Земле, разумеется, в других формах и жизненных проявлениях, живые существа. Только когда Луна отделилась от Земли, внутри организма образовались в связи с органами воспроизведения органы, производящие молоко.

Луна — это то место в космосе, с которого силы воспроизведения пронизывают Вселенную.
В главе «Серебро" книги «Учение о субстанции » подробно описан образ существа серебра как земного представителя лунных сил в аспекте воспроизведения (размножения). Также Луна действует в растительной области как космическая сила в прорастании. Эта сила прорастания стала внутренней в человеческом и животном развитии, в метаморфозированном виде она действует в органах воспроизведения. В самом человеческом организме она несет в себе ритм обращения Луны — хотя и эмансипированный от Космоса.

Итак, молоко является первоначальной древнейшей человеческой пищей. Примечательно,
что еще сегодня в Индии корова считается священным животным, как и вообще в индийской
мифологии она играет значительную роль. С точки зрения питания эти пра-времена можно назвать древней эпохой питания.

С возникновением персидского культурного периода, последовавшего за индийским, в человеческое питание проник новый импульс. Заратустра, рассматриваемый как учитель всей
эпохи, учил свой народ выращивать питательные растения, которые сегодня являются
важнейшими культурными растениями. Виды фруктов и злаков, которые мы культивируем
сегодня (розоцветные и лилейные) происходят от исполненной мудрости космической магии
«Мудреца с Востока». Существенно нового с тех пор в области культивирования не было. Зенд-Авеста может рассматриваться как пра-учебник сельского хозяйства. Так для человека все более на передний план выступает растительная пища; питание становится солнечным. Начавшаяся таким образом эпоха питания претерпела многообразное развитие, отдельные черты которого мы еще будем обсуждать.

В относительно недавнее время в питание вступает новый элемент. Постепенно тогдашнее
культурное человечество начало испытывать потребность в соли. Велась борьба за обладание
солевыми источниками и месторождениями, и кажется, что соль начинает становиться жизненно-необходимым питательным средством. Многие сегодня сомневаются в этом, но доказано, что описанные симптомы действительно лежат в потоке развития. Человечество вступает в новую эпоху питания, когда оно начинает потреблять минеральную субстанцию; питание становится земным. Вначале это кажется парадоксальным, но здесь не сказано, что завтра мы будем есть камни. Нужно достаточно широко понимать слово «минеральный», следует уяснить себе, что все симптоматически склоняется к минеральному. Прежде всего, сюда относится умерщвление животных и растительных

питательных средств посредством варки и прочих процессов приготовления и консервации. Если отдельные
охотничьи народы не только потребляли молоко животных, но также умерщвляли их и ели мясо, а мы мясо также еще и сегодня варим, жарим и солим, то все это указывает в направлении минерально-мертвого.

Если мы средний по времени член питания, т. е. растение,
включим в круг нашего рассмотрения, то окажется, что во временной полярности оно также как в своем нынешнем облике посредствует между животным и минералом. Своим нижним полюсом, корнем, оно приближается к минеральному, оно соленое и горькое. Другим полюсом, цветком, оно родственно бабочке и тем самым касается
животной сферы; на этом полюсе оно имеет сладкий вкус и даёт сочный плод.

Так в истории питания растение расчленяется таким образом, что его надземные части, которые употребляли в пищу в прежние времена, непосредственно примыкают к древним формам животного питания. Мед родственен молоку. Напротив, корень растения сравнительно поздно стал использоваться в качестве пищи и непосредственно вводит нас в эпоху минерального
питания. Свекольный сахар родственен соли - не химически, но в смысле описанных мировых качеств. Он представляет собой корневую субстанцию, которая прошла через ряд процессов варки и рафинирования и, наконец, приобрела свойственную минералу кристаллическую форму.

Итак, мы различаем три великих эпохи питания: древнюю эпоху питания, когда человек
питался животной пищей; среднюю эпоху питания, когда человек питался растениями; и эпоху питания, в начале которой мы стоим, когда в пищу начинают добавляться минералы.

Но что означает эта закономерность питания в ходе времен? Как при ближайшем рассмотре-нии параллельно к истории питания разыгрывается история сознания человечества?

Это означает не что иное, как то, что население Земли, жившее в те времена, которые мы
обозначили как древнюю эпоху питания, находилось совсем в другом состоянии сознания, чем нынешнее поколение. Эти люди не имели интеллектуальных способностей, но вместо этого они обладали силой восприятия сверхчувствительного мира. Это было время, еще до записи Вед, когда из колыбели народов, из внутренней высокогорной Азии, пра-арии принесли в Индию первый культурный импульс. Тогда они своим существом так же реально переживали сверхчувственный мир, как мы сегодня переживаем физический окружающий мир. Эта сфера чисто духовного переживалась как вся реальность, тогда как Земля со своей природой ощущалась как нечто нереальное. Она была «майей », иллюзией, нижней ступенью творения. Эти древние индийцы не имели самосознания в том смысле, в каком мы имеем его сегодня. Они чувствовали себя более едиными с божественным; они чувствовали себя как инструмент, посредством которого пульсирует божественное дыхание. Эти времена позже нашли свое отражение в Ведах. Соответственно, древние индийцы не имели никакого понятия о личной свободе, например, они были неспособны делать существенные заключения силой собственного суждения. Скорее они чувствовали себя несомыми и ведомыми духов-ными силами. Их души еще хранились в божественном лоне, личностные силы находились в зародышевом состоянии и были неразвиты.

Следующий культурный период, который мы назвали средней эпохой питания, определяется
возрастанием интереса к земле и окружающей человека природе. Нисхождение в материю
происходит постепенно и ступенчато. Так в персидскую эпоху, с возрастанием интереса к земле, началась сельскохозяйственная работа. Но по мере возрастания интереса к земным вещам также уменьшался контакт с духовным миром, хотя по современным понятиям он еще имел определяющее значение для всех земных деяний. Позже только немногие избранные личности, например, египетские первоверховные жрецы были еще способны воспринимать и осуществлять на Земле божественную мудрость. В последующие времена все более замутня-ется духовный взгляд даже «посвященных» в греческие мистерии. Но зато все сильнее стано-вились личностные силы, то, что можно назвать земной сноровистостью - однако это имело в себе все возможности заблуждения.

Во всех мифологиях указано на этот шаг в развитии человечества - самым впечатляющим
образом это выражено в легенде об Авеле и Каине. Авель и Каин принесли своему Богу жертвы. Авель описан как угодный Богу человек; он был пастухом и питался от животных своего стада. Каин не был так близок к Богу; он уже был личностью. Он обрабатывал поле и питался плодами с этого поля. Жертва Авеля была принята Богом, но он был чистым сосудом Божественной воли и поэтому не мог делать зла. Каин, напротив, действует на основе соб-ственной силы суждения, поэтому он несёт в себе все возможности заблуждения. Его жертва была отвергнута, и он убивает Авеля. Величественным образом здесь указано на процесс самоутверждения и становления «Я» посредством отделения от божественного Космоса -посредством мертвого. Если мы представим себе весь этот образ, то тем самым мы ощутим преодоление древнего времени посредством прогрессирующего нового, что должно быть куплено заблуждением и грехом.

Взгляд на этот грандиозный процесс показывает, что божественные силы, которые прежде
приходили к человеку из божественного космоса, метаморфозировались в способности, которые развиваются внутри человека, и человек становится способным действовать на основе собственных суждений. То, что в первой главе описано физиологически - образование
внутреннего космоса в виде системы органов посредством гаструляции, - происходит теперь на душевной плоскости. Существующие в макрокосме дифференцированные силы, - которые с древних времен переживались как божественные облики, действующие на человеке и через
человека, - в ходе развития вывернулись наизнанку, были восприняты внутри души. Так они стали внутренней активностью человека. Высшими из этих сил являются те, которые как духовное Солнце обеспечивают гармонию процессов на всех плоскостях, физиологической, душевной и духовной, и которые мы обозначаем как «Я».

Этот процесс ступенчатого восприятия внутрь, все более сильного воплощения «Я», находит
своё продолжение в те времена, которые мы охарактеризовали как новую эпоху питания. Все
более отдаляемся мы от божественно-духовных миров, зато мы можем пережить их внутри своей души, если мы им откроемся.

Конечно, вначале этот путь идет через эгоизм и материализм. Греческая философия с
появлением Аристотеля перешла в понятийно-логическое мышление, и оно с течением времени перешло в абстрактный интеллект. Таким образом, также и мышление выпало из бытия и стало только его тенью, отражением. Наше мышление «засолилось и стало корневидным» - мир качеств погрузился в количественные рассмотрения. Мир, еще у Коперника и Кеплера бывший живым организмом, теперь воспринимается как сожженный шлак. Только если «Я» поймет себя и своё божественное духовное происхождение - начало чему положено немецким идеализмом в лице Фихте, Шеллинга, Гегеля и более всеобъем-лющим образом Гёте, Новалисом и дополнено антропософией Рудольфа Штейнера, - тогда это «Я» сможет растворить шлаки цивилизации: будет преодолен эгоизм, т. е. в себе самом будет рождено высшее. Это воспринявшее в себя законы Вселенной «Я» будет созерцать вещест-венный мир, вчеканивать в него свой дух и тем самым преобразовывать его.

Что все это имеет общего с пищеварением? Мы

можем вспомнить, что пищеварение - это способность «Я»: как Солнце приводит растение к развертыванию, истечению в аромате, распылению, и затем создаёт
новое растение снова со всеми его веще-ствами, так и личностные силы косвенным путем через кишечные ферменты осуществля-ют распад и постепенное растворение пита-тельного потока в надматериальное духов-ное состояние, и затем происходит вторичное сотворение человеческой субстанции.

Если так обстоит дело, то становится понятным, почему существующее в зародышевом сос-тоянии «Я» еще слишком слабо, чтобы переваривать что-либо кроме молока, но уже более
сильно воплощенное «Я» способно переваривать растительную пищу, и только в наше время «Я» развилось настолько, что мы можем начать переваривать даже минеральную пищу. Ибо дело обстоит так, что минерал находится на нижней ступени организации в общем порядке природных царств; он мертв, он имеет только облик. Растение организовано уже выше, оно имеет не только облик, но также и жизнь. Животное организовано еще выше; оно в живом облике имеет ещё ощущение и движение. Человек же пронизывает облик, жизнь и ощущение высшим принципом «Я», мыслящим духом.

Итак, если человек ест животную пищу, то «Я » возводит животную субстанцию на одну
ступень к человеческой плоскости. Такая пища переваривается легче всего - молоко, молоч-ные продукты, яйца и мясо, если их едят сырыми.

Растительная пища поднимается уже на две ступени, чтобы вчлениться в человеческую
форму организации. Для этого требуется более интенсивная сила «Я", и поэтому расти-тельную пищу переваривать труднее, чем животную.

Труднее всего переваривать минеральную пищу, ибо минерал стоит на низшей ступени и
должен подняться на три ступени. Это может сделать только полностью развитая личность,
которая достаточно сильна, чтобы взаимодействовать с мертвым, которая полностью может
освоить земные царства.

Тем самым становится понятным параллелизм истории питания с историей сознания,
поскольку они обе суть история «Я».

То, что разыгрывается здесь в течение тысячелетий и десятков тысячелетий как история,
отражается в ходе одной человеческой жизни. Человек в одной земной жизни повторяет историю питания всего человечества, начиная от питания молоком маленького ребенка, через сырые яблоки, зеленый шпинат и овощи к соленой и пряной пище взрослого. Часто можно заметить, что потребность в соленом и в острых приправах возникает тогда, когда в молодом человеке начинают пробуждаться личностные силы.

Когда грудной младенец пьет молоко, т. е. просто принимает в себя человеческую субстан- цию, то пищеварению ставится наилегчайшая задача. Поэтому для грудного младенца
материнское молоко — это самая подходящая пища. Этот возраст грудного младенца соответ- ствует тому пра-началу древней эпохи питания, когда живые существа лежали у груди матери природы и всасывали белковую атмосферу этой Луны-Земли.

Чтобы не быть понятым неправильно, нужно добавить еще следующее: слабое пищеварение
ни в коем случае не говорит о слабости «Я». Может случиться, что значительные личности имеют слабое пищеварение, поскольку Я-силы связывают себя с другими системами органов и слишком мало уделяют внимания пищеварению. И обратно, незначительная индивидуаль-ность может иметь хорошее пищеварение, поскольку «Я» целиком изживается в обмене веществ. Для установления гармонии здесь нужно проводить лечение и развитие. Здесь речь идёт о степени связи духа и тела, т. е. степени глубины инкарнации. Это отражает проис-ходящее в истории питания нисхождение человеческого духа в тело для приобретения все более мощных сил, преобразующих субстанцию.