Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ. XV. РАСТЕНИЕ И ЕГО ОТНОШЕНИЕ К ДУШЕВНОМУ РАЗВИТИЮ ЧЕЛОВЕКА 1.

Шиллер и Гёте однажды слушали лекцию по ботанике, касающуюся системы Линнея. По пути домой они обсуждали мысли, затронутые в лекции, и пришли к выводу, что абстрактные классификационные понятия линнеевой системы недостаточны для живого постижения растительного существа. В этой беседе Гёте впервые изложил Шиллеру своё понимание прарастения и того, как оно развёртывает свое существо между Солнцем и Землей. Шиллер возразил, что это всего лишь идея, на что Гёте недовольно ответил: «Тогда мне нравится, что я вижу свои идеи глазами».

Гёте ещё не зашел так далеко, чтобы говорить о мировой душе, которая заботится о растущем
растении. Растение в своем физическом проявлении не имеет в себе душевного органа, но формируется душевно-астральными силами извне. Когда мы весной или летом прогуливаемся по цветущему лугу, не только бабочки, пчелы и жуки являются выражением этой мировой души, она сама невидимо веет здесь со своими силами, которые мы можем воспринимать только в обличий звёздочек цветков. Мы дарим цветы, поскольку тем самым мировая душа касается любимого человека.

Мы, люди, усвоили внутрь себя мировую душу, и таким образом установилась связь между
человеческой душой и формированием растения.

Рудольф Штейнер дал побуждение к построению систематики растений, которая имеет отношение к развитию человеческой души, и мы попытаемся ниже её наметить.

Душа новорожденного ещё не дифференцирована и находится в состоянии сна; душа грудного младенца выражает себя в требовании материнской груди. В растительном мире одноклеточные соответствуют этому состоянию. Принадлежащие к этому семейству растительные существа мало различаются между собой по своему строению; они круглые (кокки), овальные (бактерии) или вытянутые (бациллы), либо нитевидные (гифомицеты), жизненные проявления их простые — вегетативные. Они вынуждены ассимилировать готовую пищу, также как грудной младенец приспособлен усваивать материнское молоко.

Со времени Пастера и Коха эти невинные малыши подвергаются жесточайшему преследованию, поскольку в них стали видеть возбудителей болезней. В главе VII уже было указано на то, что несправедливо считать эти микроорганизмы возбудителями болезней. Там было сказано, что заболевание означает сдвиг членов существа, и в этом надо искать причину ненормальных состояний тела. Одноклеточные - это паразиты, они находят питательную среду там, где идут уже процессы распада, где разлагается более высоко организованная жизнь.

То же самое относится к области консервации органических субстанций. Ошибочно считают
одноклеточных ответственными за разрушение субстанции органов. Логически из этого следует, что их надо умертвить. На этой аксиоме основана техника консервации. В действительности же в месте с микроорганизмами убивают и то, что желательно было бы сохранить, поэтому консервированная пища — это уже частично умерщвленные вещества. В дальнейшем ещё будет идти речь о том, как можно создать созвучную времени технику консервации.

***

По прошествии нескольких недель со дня рождения мать начинает давать ребенку прикорм, даёт ему кашки, овощные соки, тертые яблоки, и малыш начинает учиться переваривать эту пищу, а это означает не что иное, как то, что младенец постепенно учится строить свою собственную телесную субстанцию. Тем самым он начинает на своем лице отображать душевное движение, он смеется, выражая чувство удовольствия, и может ясно выражать антипатию.

Соответствующее семейство растений, в котором отражается это состояние — это водоросли. От грибов они отличаются, главным образом, тем, что они зеленого цвета, т. е. в них содержится хлорофилл и они ассимилируют — из света, углекислого газа и воды они образуют свою собственную субстанцию. Как у водорослей, так и у грибов мы находим удивительное свойство защищаться от неблагоприятных условий внешней среды, они стягивают свою протоплазму, оболочка клеток утолщается, и они могут выдерживать большие перепады температур от - 30е С до + 100°С. Также плотная кожа защищает их от ядовитых воздействий. Эти образования называются спорами. У водорослей это спорообразование происходит уже в дифференцированной форме. Две нити водорослей укладываются рядом, и клеточный сок из одной переходит в другую, тогда образуется спора. Это выглядит как выражение симпатии (ботаника говорит также о половом размножении).

***

Постепенно ребёнок начинает подниматься. Вначале он сидит, затем встает, держась за станки своего манежа, и однажды он начинает ходить - удивительное, загадочное явление. Откуда приходят к ребенку силы произвести колоссальное изменение своего жизненного положения? Это силы подражания, которые сопровождают ребенка вплоть до смены зубов. Известно, что ребенка в первые семь лет можно воспитывать только примером. Ребёнок ещё не имеет разума и моральные наставления бесполезны и бессмысленны. Хороший пример — как силовое поле, в которое врастает ребёнок. Поэтому важно, чтобы ребёнок вырастал в моральном окружении, ибо он повторяет также и те душевные движения, которые мы не видим глазами, а также то, что мы думаем в присутствии ребенка, является определяющим для его телесного строения.

И в природе мы находим следующее семейство растений, мхи, которые ведут себя как полувзрослые растения. При этом мхи не имеют

сосудов, есть мхи, состоящие из одной единственной клетки, и если мы изучим их более внимательно, то окажется, к нашему удивлению, что их строение очень сильно зависит от их ближайшего окружения. Почва в хвойных лесах покрыта совсем другими мхами, чем почва лиственного леса. Мхи подражают
форме окружающей их растительности, в окружающей среде есть образующие силы, которые, так сказать, поднимают мхи в своё силовое поле. Поверхность Земли полна таких силовых полей, которые вместе с образованными ими деревьями, кустарниками, прочей растительностью формируют и мхи, подобно ледяным узорам на оконном стекле, которые внезапно заставляют проявиться обычно невидимые для нас силовые поля (см. рис. 32). Мхи не имеют корней, и они подымаются из лесной почвы, как грибы из сплетения нитей, они размножаются тоже спорами, для чего образуют особый орган (таллом). Мхи настолько уподобляются взрослым
растениям, что кажется, что маленькие образования на конце стебельков являются маленькими цветочками, но это только носители спор, которые во влажной атмосфере лесных почв рассеивают своё содержимое, чтобы после оплодотворения образовать таллом.

***

Следующий шаг в развитии души ребенка - это подражание словообразованию. Начиная с «мама» и «папа», ребенок постепенно собирает запас слов, который даёт ему возможность выражать свои желания. Однажды ребенок говорит о самом себе «Я». Это колоссальный шаг в развитии души ребенка; впервые в ней высвечивается нечто вроде сознания самого себя. Это сознание ещё смутно и неясно, но вследствие того, что душа произнесла единственное в своем роде словечко «Я», впервые загорается индивидуальность, ведущее существо на протяжении всей жизни.

Семейство растений, которое в природе существует как эфирное отображение этого события, это папоротники. У них впервые мы видим настоящие листья с сосудами. Хотя папоротники и не имеют ещё настоящих корней, но имеют что-то похожее, подземное образование, которое ботаники называют ризоиды.

Папоротники в структуре листьев обнаруживают исключительно сильное членение. Кто достаточно тщательно изучал гётевское учение о метаморфозе, согласится, что у Гёте лист для существа растения играет ту же роль, что для человека его Я. Гётевское прарастение — это листовое образование, и из метаморфозы листа получаются все возможные на Земле вариации растительного мира.

От простейших форм листовика сколопенрового (Scolopen-drium) до обильно ветвящегося орляка (Aquilinum) они в своей сигнатуре напоминают кишечные ворсинки в кишечнике человека, и эти образования становятся всё тоньше по мере того, как мы движемся в сторону тонкого кишечника; листовик соответствует толстому кишечнику. В самом деле, эти образования, ассимилирующие пищевую кашицу, родственны всему этому семейству, отсюда становится понятным, почему Рудольф Штейнер рекомендовал папоротники как лечебное средство при расстройствах кишечника.71 Эти отношения папоротников к обмену веществ представляют собой лишь образ того неоспоримого факта, что пищеварение — преодоление чуждого как на физическом, так и на душевном уровне - может осуществлять только сила индивидуальности; она заявляет о себе словом «Я» и в качестве физического инструмента использует кровь как высшую инстанцию явлений обмена веществ.

Также папоротники на нижней поверхности листьев несут споровые капсулы. Они никогда не появляются на верхней поверхности листа, повернутой к Солнцу, но всегда находятся на нижней, обращенной к влажной лесной почве, стороне. Это впервые обращает наше внимание на различие между спорами, обращенными к лунно-земному, к влажной лесной почве, и цветочной пыльцой, поднимающейся к Солнцу, являющейся, так сказать, солнечной субстанцией. Даже на многокилометровой высоте исследователь стратосферы Пиккар обнаружил облака цветочной пыльцы, движущейся вверх, к Солнцу. Это колоссальный прогресс в развитии растений, когда оно от лунно-вегетативного обращается к солнечному — от чисто душевного к духовному внедрению Я. - Папоротники, которые уже выделили из
себя так называемое половое размножение и перенесли его на особую стадию (Prothallium), дают основания для ожидания следующего шага в развитии, когда растение совершит это превращение в направлении к Солнцу.

***

В душе ребёнка, примерно на 5-м - 6-м году жизни, т. е. в дошкольном возрасте, начинают
брезжить первые проблески разума. Ребёнок уже в состоянии исполнять несложные работы - делать для матери покупки, оказывать небольшую помощь по дому. Заявляет о себе состояние, в котором душа ребёнка готовится к тому, чтобы учиться думать. В зачатках всё есть в наличии, но пока не дифференцировано; душа ребёнка живет в общности с природой, она ещё источает со всей преданностью силы доверия, если развитие не было грубо нарушено.

В растительном мире мы также находим образ этого состояния, а именно в хвойных породах. У хвойных уже произошел прорыв к образованию пыльцы. Хвойные имеют не только истинные листья и истинные корни, но так же мощно выделяющие пыльцу органы. Но где же цветы? Ещё нет цветочных лепестков, единственные листья, которые мы находим у хвойных - это узкие с параллельными прожилками иглы, но цветов или каких-нибудь подобных цветку образований, кроме цветочной пыльцы, ещё нет. Цветочная пыльца собирается под чешуйками шишек, и когда придёт время раскрыться плотно прилегающим друг к другу чешуйкам, цветочная пыльца может далеко развеяться. Однако кое-что мы замечаем у хвойных, что обычно присуще лишь цветку - это аромат. Повсюду, во всех частях хвойного
дерева - в корне, стволе, коре - присутствует этот смолистый запах, который нам не встречался до сих пор ни у одного семейства растений: создается впечатление, что все дерево- это цветок. Ароматические свойства, которые по большей части концентрируются в области цветка, здесь распространены по всему дереву. То, что обычно составляет цветок, у хвойных ещё не выделилось из общей сущности.

Ощущение этих фактов выражено в мифах и легендах; в особенности удивительным образом
описаны эти явления в сказке, родившейся в Доломитовых Альпах, в сказке о фее Мерсине.

Молодой король скачет по полям и лесам и приезжает к озеру, которое ещё сегодня называется по имени феи, обитавшей там, озером Мерсины. Король видит фею и так поражён её красотой, что в его сердце загорается любовь к ней, и он просит её стать его женой. Но фея ставит условие, что она последует за королем в качестве его жены только в том случае, если он сделает счастливыми всех людей своей страны. Король возвращается домой, призывает своих советников и мудрецов и совещается с ними, как сделать счастливыми всех людей. Они долго заседают и не могут прийти ни к какому результату, в конце концов им пришлось признать, что желание феи невыполнимо. С печальным сердцем едет молодой король к озеру и долго и горячо просит фею Мерсину смягчить условие. После долгих колебаний, она, наконец, обещает ему стать его женой, если он сможет сделать людей счастливыми в течение одного года. Снова король радостно возвращается домой и собирает советников и мудрецов, и они обдумывают все возможности выполнить это условие. Они сидели и сидели, и в этот раз снова пришли к выводу, что желание феи невыполнимо. С тяжелым сердцем едет король к озеру, к фее Мерсине, и ещё настойчивее просит смягчить её условие. Когда фея опять после долгих колебаний обещает стать его женой, если ему удастся сделать всех людей его страны счастливыми на один день, король радостно возвращается домой, призывает советников и мудрецов, и все обсуждают возможность выполнить условие феи. После долгого размышления они приходят к убеждению, что, вероятно, на этот раз условие может быть выполнено. - Стали готовиться к свадьбе, на нее были приглашены все люди страны - прежде всего дети; когда настал день свадьбы, пришли дети и каждый принес в руке ароматный букет цветов в подарок королеве. Она взяла душистые цветы и сложила из них высокий холм на свадебном лугу. Яркий цветочный холм источал аромат весь день, а когда настал вечер и люди, которые были счастливы весь день, собрались у цветочного холма, — который уже слегка начал увядать, — тогда королева набросила свое зеленое покрывало на всё ещё чудесно пахнущий цветочный холм, и в то же мгновение он превратился в лиственницу.

Так в сознании жителей Доломитовых Альп впервые было представление о том, что в лиственнице и вообще в хвойных деревьях скрытым образом содержится весь высший растительный мир с его свойствами. Только на последующих ступенях развития эти свойства постепенно дифференцировались.

У жителей Доломитовых Альп в прежние времена лиственница играла выдающуюся роль, поскольку эти деревья покрывали карстовые плоскогорья, сегодня уже пустынные, давая тень и плодородие.

Есть хвойные деревья, на которых как бы растут ягоды, как, например, можжевельник и тис, но это так называемые ложные плоды. Они возникают из-за того, что шишки покрываются кожицей. Если пожевать ягоду можжевельника, то совершенно отчетливо чувствуется древесный остов шишки.

Описанные обстоятельства дают в руки врачей субстанции неоценимой терапевтической ценности. Именно при рассмотрении хвойных деревьев ощущаются мощные усилия растения привести к физическому воплощению своё солнечное существо, но они не могут довести это до конца. Это застоявшееся стремление к Солнцу, в качестве лекарства, особенно влияет на эфирное тело. Отсюда становится понятным терапевтическое действие смолы, в особенности смолы лиственницы, при физической слабости. Там, где наблюдается замутнение органов — помутнение стекловидного тела, помутнение хрусталика, — хорошее действие оказывает применение препаратов из смолы лиственницы.72

***

Теперь ребёнок действительно созрел для обучения. Силы, которые до сих пор использовались для роста и образования внутренних органов, освобождаются и служат теперь для развития сил мышления. И мы видим, как развитие ребенка - ходьба, речь, мышление - отражается в природе, в растительном царстве, теперешнее состояние души ребёнка находит свой образ в таком семействе растений, как лилейные. Здесь высвечиваются уже настоящие цветы, но при внимательном наблюдении мы замечаем, что им ещё многого недостает до совершенства. Прежде всего, мы обнаруживаем, что лилейные не имеют чашечки или, как
говорят ботаники, лепестки отсутствуют и чашелистики превратились в окрашенные лепестки. Хотя, может быть, и нельзя употреблять здесь термин «ложный цветок», ибо здесь есть нечто цветочное, - но всё же лилейные приходится определять как нечто еще очень детское.

Особое свойство лилейных — это образование луковицы. Что такое луковица? В принципе, можно сказать: она - это подземный цветок; это упаковка лежащих друг на друге листьев, заключающих внутри ароматное, плодоносящее ядро, и когда хотят вырастить тюльпаны или гиацинты, то сажают в землю не семя, а луковицу. Таким образом, луковица несёт в себе все атрибуты цветочного или плодового, и из неё поднимается вверх раскрывающееся в форме звезды надземное растение. То, что в отношении хвойных мы говорили о запахе, у лилий соответствует форме, можно сказать, что по форме вся ЛИЛИЯ представляет собой цветок. Лилейные - сюда относятся также подснежники, нарциссы, а также наши лук и чеснок - несут в себе, как уже было сказано в отношении хвойных, скрытые свойства, которые проявляются только в последующих растительных семействах. Эти свойства лилейных — эта накопленная латентность — находят свое выражение в терапии в преодолении застоев, восстановлении текучести и охлаждении воспалений, до сил выделения, в особенности касатик безлистый. Также лук и чеснок в том же смысле применяются в терапии.73

***

Теперь душа ребенка научилась читать и писать, и находится на 3-4 году обучения, когда
проявляется новый душевный элемент. Как в середине первого семилетия силы подражания в особенности выражаются в речи, так в середине второй семилетки возникает потребность подражать на более высоких уровнях. Это годы, когда ребёнок развивает силы почитания. Он хочет иметь возможность почитать учителя, воспитателей, даже великих исторических личностей — античных героев, Парсифаля, Дитриха фон Берн, - и горе, если это почитание сменяется разочарованием. Для подрастающего ребёнка удовлетворение потребности в чувстве почитания является душевной пищей, и Рудольф Штейнер однажды сказал по этому поводу: «Тот, кто в эти годы не может почитать, тот в старости не сможет благословлять».

В растительном мире это состояние отражается в травах. Мы видим Землю, покрытую миллионами и миллионами видов трав, и если мы дадим воздействовать на нас этому факту, мы вспомним об ощущениях, которые можем испытать, когда в звёздную ночь мы поднимаем взор к небу и видим миллионы звёзд, образующих Млечный Путь. Непосредственное чувство будет переживать себя в благоговении при взгляде на звёздные миры; но мы можем также проникнуться благоговением, взирая на травы, покрывающие нашу Землю.

Травы сродни лилейным. Хотя они и не имеют луковиц, но они собирают свои ещё детские цветки в удивительные соцветия: колосья, серёжки, метёлки. Это такое же подражание, на более высоком уровне, чем то, которое мы встречали у мхов, и позднее найдём его в метаморфизированной форме у высших растений.

В древности Заратустра из диких трав создал злаковые культурные растения — пшеницу, рожь, ячмень и овес. — Он ввёл их в развитие культуры человечества как хлеб наш насущный для пропитания тела, души и духа.74

Из приобретённого таким образом понимания трав, и в особенности злаковых растений, вытекает их терапевтическое применение. К числу трав относятся, например, также и бамбук. Эта гигантская трава характеризуется тем, что она от почки к почке, в неудержимой силе восхождения, представляет сигнатуру для позвоночника. Об этом ещё будет идти подробно речь в дальнейшем, однако здесь следует указать на то, как это восхождение в благоговении может быть образом для восхождения позвоночника к человеческому бытию.75

Также проросшие зерна злаковых во многих случаях - в отношении силы восхождения в
благоговении к мыслительному процессу - могут быть в терапии рекомендованы для детей, имеющих слабость мышления.76

***

Душа ребёнка приближается к порогу между вторым и третьим семилетием. Многие читатели смогут, очевидно, вспомнить себя в этом возрасте; это принадлежит к наиболее удивительному, что можно обнаружить при таком взгляде на свои прошлые состояния. Если до сих пор мы видели, возможно, мечтательное, застенчивое, погруженное в игры существо, то теперь внезапно пробуждается интерес к самым многообразным процессам внешнего мира. Если до сих пор ребенок с трудом переходил из класса в класс и вместо того, чтобы внимательно следить за уроком, охотнее читал под партой Жюля Верна или Карла Мея (автор не имел счастья воспитываться в Вальдорфской школе), теперь его начинают интересовать грамматика, математика и, прежде всего, естествознание. Он замечает, что существует
другой пол, и, в зависимости от темперамента, он идёт по следу обнаруженной им загадки. Словом, силы личности начинают вмешиваться в душевное развитие.

В природе этот порог выражается в переходе от однодольных растений к двудольным. Однодольные растения, к которым относятся лилейные и травы, характеризуются тем, что у них листья имеют параллельные жилы, при прорастании их становление осуществляется из одной семядоли. Если поставить опыт и положить на влажную подложку из целлюлозы, например, пшеничные зерна, то можно будет видеть,

как зерно начнёт изливаться в проросток, оболочка либо будет отброшена, либо поднимется вместе с ростком. Если мы произведем такой опыт с фасолью, т.е. с двудольными растениями, то мы заметим, что на ростке висят две семядоли (см. рис. 33).

Вероятно, не лишено смысла думать, что у однодольных растений семядоля представляет собой сигнатуру для завершенного первого
семилетия, в то время как две семядоли представляют собой сигнатуру двух завершенных семилетий. Что представляет собой двудольное
растение? Мы впервые здесь сталкиваемся с совершенным растением с истинными листьями, истинным корнем, чашечкой и соцветием. Все элементы есть в наличии, чтобы растение могло достичь цели своего развития, т. е. представить эти элементы в совершенной гармонии. Листья уже не с параллельными прожилками, сосуды в листе разветвляются во все стороны; в ботанике такие листья называют сетчатожильными. Все это указывает на то, что возможности развития могут быть
самыми многообразными.

Также как у растущего молодого человека после пубертата мы можем проследить самые
многообразные интересы - ещё несдержанные и нецеленаправленные, - так и среди двудольных растений во внешней природе мы находим семейство, в котором многообразие форм и произвол образующих импульсов бросаются в глаза: это семейство лютиковых. Очень трудно у лютиковых установить общие закономерности; это семейство охватывает виды с действительно похожими на куриную ногу листовыми пластинками, как, например, у морозника и у водосбора или у жёлтого лютика, но мы находим также виды с трехчленными листами, как, например, у печёночницы. Крона цветка организована без всякой закономерности, число лепестков не определено; мы находим у одного и того же вида, например, у печеночницы, от 7 до 10 лепестков. Пион поражает нас многообразием лепестков, оригинальные своенравные формы цветка водосбора ставят нас перед загадкой, которую можно разрешить только постепенно; аконит и живокость удивляют нас своеобразием форм цветков; словом, семейство несёт в себе все возможности будущего развития.

Это многообразие возможностей можно найти и в терапии. Так, в семействе лютиковых мы находим лекарственные растения для нервной системы, например, аконит, прекрасный высокогорный цветок, но также для кровообращения и сердечных заболеваний, например, адонис (Adonis vernalis), затем пион (Paeonia) против застоя в нижней области вен и др. - вот всего несколько примеров.

***

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ. XIV. ЭФИРНОЕ ПЮСТРАНСТВО И РАСТЕНИЕ

Восходя от минерала к растению, мы поднимаемся от физического пространства в сферу жизни, в которой растение развивает свои характерные свойства роста, цветения плодоношения и становления. Наша сегодняшняя наука хорошо изучила физическое пространство, но область жизни ещё остается довольно закрытой для человеческого познания. Поскольку человек познал физическое пространство, он постоянно находится в искушении попытаться объяснить жизненные процессы на основе законов физического пространства. Он проецирует химико-физические закономерности в сферу эфирного; это служит поводом для глубочайших заблуждений.

С начала эпохи естествознания, в сущности, только Гёте попытался посредством создания новых форм мышления в полярности и восхождении исследовать законы, изложенные в его учении о метаморфозе. Мы хотим далее попытаться возможно точнее исследовать ту сферу, которую вместе с Георгом Адамсом, впервые употребившим это понятие, мы будем называть эфирным пространством или противопространством.66 Не следует пугаться, если в помощь для этого мы призовём математику.

Геометрия физического пространства известна нам как Евклидова геометрия, и мы хотим на
нескольких простых примерах показать, как физическое пространство отличается от эфирного.

Мы изучали, что круг или шар — это геометрическое место всех точек, которые равноудалены от одной точки. В самом деле, если мы хотим точно нарисовать круг, мы берём циркуль и проводим вокруг центра линию, состоящую из точек, которые равноудалены от этой центральной точки. Мы можем увеличить раствор циркуля и получим второй круг, внутри которого находится первый; мы можем далее еще увеличивать радиус и получим тогда семейство концентрических окружностей, которые все представляют физическое пространство. Такие образования, знающие только свой центр, представляются нам как бы эгоистической сущностью; мы можем рассматривать их как чувственный образ низшего Я.

Уже во второй половине прошлого столетия математики развивали ветвь геометрии, которую
сегодня называют «синтетической геометрией» и которую Георг Адаме развил до образования понятий «эфирное пространство» или «противопространство». С её помощью можно найти геометрические закономерности, которые позволяют совершенно по-новому заглянуть в сущность «эфирного».

Представим себе круг, который еще ничего не знает о своей центральной точке. Возьмём любую точку внутри круга. Через эту точку проведём хорду. Хорда пересечёт окружность в двух точках. Если мы

проведём через эти две точки касательные к окружности, то они пересекутся в какой-то точке вне круга (см. рис. 26).
Через выбранную нами точку внутри круга мы можем провести множество хорд, и каждая пересечёт окружность в двух
точках. Пары касательных пересекутся также, каждая пара в одной точке вне круга. И здесь нас ждёт потрясающее открытие, что все точки пересечения пар касательных лежат на одной прямой, вне круга. Мы получим следующий результат: каждой точке внутри круга соответствует прямая, расположенная вне круга, или - если я возьму трёхмерное образование шара - каждой паре внутри шара соответствует плоскость вне шара. Для нас очень важно образовать представление: посредством каждой точки внутри шара мы структурируем пространство вне шара; я даже мог бы, следовательно, сказать: каждой точкой внутри Земли я структурирую мироздание.

Давайте обсудим возможности, открывающиеся при этом.

Если мы передвигаем точки к периферии, тогда плоскости приближаются к поверхности шара. Если мы, в конце концов, выберем точки на периферии, тогда плоскости станут касательными. Таким образом мы можем прийти к образованию, которое кругом обернуто касательными плоскостями. Эта окружность или шар Ήε будут уже геометрическим местом всех точек, равноудаленных от центра, но мы приходим к понятию обёрнутого полого пространства, выделенного из общего мирового пространства. Если, рассматривая евклидову окружность или евклидов шар, мы непосредственно думаем о пространственном наполнении, то в случае синтетического шара мы думаем о полости. Евклидов шар мы также можем представить себе наполненным субстанцией; синтетический или эфирный шар мы представляем себе полостью в субстанции - с математической точки зрения пустым.

Если мы начнём сдвигать точки внутрь шара, то плоскости будут удаляться от поверхности шара и, если мы дойдем до центра, касательные плоскости уйдут в бесконечность. Хорды, которые мы проводим через центр, становятся диаметрами, и касательные к точкам пересечения пересекаются в бесконечности. Мы имеем следующую примечательную ситуацию:

На вопрос, пересекаются ли касательные на бесконечности вверху или внизу, мы должны ответить, что они пересекаются внизу и вверху одновременно, т.е. бесконечность вверху та же, что и бесконечность внизу.

Через эту центральную точку мы можем провести также другие хорды (диаметры) - у нас есть бесконечное множество таких возможностей — и соответствующие пары касательных все пересекаются в бесконечности, безразлично, справа или слева, вверху или внизу, и всё это бесконечное число бесконечностей есть одна и та же единственная бесконечность (см. рис 27).

Мы можем также задать следующий вопрос: как ведут себя точки внутри шара, если обертывающие плоскости будут сдвигаться
в Космос, с равными интервалами, в соответствии с законом
арифметического ряда? Окажется, что тогда точки будут приближаться к центру, но закономерность будет другая, отличная от закономерности перемещения плоскостей. Интервалы будут становиться всё меньше и меньше, приближаясь всё более маленькими шагами к центру, но никогда его не достигая. Математики говорят об асимптотическом приближении к центру, а это означает не что иное, как то, что центральная точка будет достигнута только тогда, когда обертывающие плоскости достигнут бесконечности мировой периферии. И мы можем говорить о новой
бесконечности, а именно, о бесконечно далеко удаленной внутрь центральной точки круга или шара; мы должны констатировать, что бесконечность в центральной точке идентична бесконечности на периферии. Так мы получаем о построенных таким образом окружности или шаре совсем другое понятие, чем об евклидовой окружности или евклидовом шаре. В то время как последние во всем имеют отношение к своей физической центральной точке, первые образованы бесконечно далёкой мировой периферией и относятся к ней.

Если евклидовы образования, с их эгоцентрическим существом, мы примем за отражения нашего низшего Я, то образование, описанное последним, мы можем рассматривать как символ нашего высшего Я. Эти образы очень важны.

Почему мы, люди, осуждены 70 лет и более проводить в физическом теле на евклидовом земном шаре?

Земля — это место обучения свободе; Земля впоследствии должна стать Космосом любви. Но она может достичь этой своей цели только на пути через свободу, а свобода, в свою очередь, может осуществиться только в самосознании. Мы не можем, например, любить нашу руку или ногу, пока они принадлежат нам; мы можем что-то любить, только если мы, благодаря самосознанию, отступим от него на некоторое расстояние. Это несколько трудный ход мыслей, но мы можем приблизиться к нему посредством изучения «Философии свободы».67

Поэтому эгоизм — это такое состояние развития, через которое мы должны пройти на пути к
свободе и мировой любви. Низшее Я имеет свой противообраз в высшем Я, к которому в будущем мы все более и более будем приближаться, по мере того, как мы будем учиться действовать из свободы, то есть из высшего знания.

Такого состояния сегодня мы достигаем только в отдельные счастливые моменты. Если бы мы могли идентифицировать себя с бесконечно удаленной периферией мира, тогда то, что можно представить здесь

только в математическом образе, означало бы интуицию в смысле Рудольфа Штейнера. Тогда наше маленькое Я стало бы идентичным с макрокосмом; мы стали бы тогда едиными с представителем макрокосмического Я, с Христом в эфирном пространстве Земли, в котором произошло Его воскрешение. Но пока мы должны жить в нашем обычном сознании, обе окружности будут образовывать в нас некую результирующую, и мы увидим, что действуем как из эгоизма, так и из совершенства, но как земные люди.

Но также обстоит дело со всеми земными формами явлений. Повсюду там, где физическое пространство взаимодействует с эфирным пространством, — лучше всего это можно изучить на растении, - следует обращать внимание на то, как евклидов круг образуется в активном взаимодействии с действующим из бесконечности эфирным кругом; здесь образуется нечто новое, основополагающее. Предположим, что евклидов круг развивается из своего физического центра по
закону арифметической прогрессии, т.е., как уже было сказано, отодвигаясь каждый раз на одинаковые земные шаги. Эфирное пространство, напротив, приближается к земному по закону геометрической прогрессии, т.е. интервалы возрастают не равномерно, но увеличиваясь с каждым шагом. Образованные таким образом семейства окружностей пересекаются, и если мы соединим между собой точки пересечения, то получим овалы Кассини, граничный случай которых представляет лемниската (см. рис. 28).

Эта лемниската лежит в основе всех физически-эфирных взаимодействий, для взаимного
переплетения солнечного пространства и земного пространства. Если дело обстоит так, то каждое растение

должно быть вписано в закономерности лемнискаты, и оказывается, что дело обстоит именно так. В верхней части лемнискаты действует эфирное пространство с его обертывающими, образующими полости
закономерностями. Каждая почка - это оболочка, которая хранит внутри себя некую мистерию; каждая почка — это полое пространство, хотя в ней уже подготовлены свернутые будущие листья. Нижняя петля
лемнискаты представляет собой физическое пространство, и корни расходятся из полюса лемнискаты во все стороны радиально. На одной сельскохозяйственной конференции недавно сообщалось, что объём корневой системы примерно заполняет пространство, заключенное в лемнискатоиде (см. рис. 29).
В системе Птолемея Солнце вращается вокруг Земли, в системе Коперника Земля со всем планетным небом вращается вокруг Солнца. Не может ли быть, что обе системы - это всего лишь попытки объяснить ещё не открытое действительное движение солнечной системы? Новейшие исследования68 показывают, что Солнце с большой скоростью движется в
направлении созвездия Геркулеса, причем его сопровождают по лемнискате Земля и система планет. Как бы то ни было, Земля следует за
Солнцем и делает это не по прямой линии, но в ритмических интервалах.

Это взаимное сплетение Солнца и Земли отражается в росте растения.

Если мы посмотрим на рис. 29, то в сущности растения, в котором отражается взаимодействие между Солнцем и Землей, мы видим как раз то же самое: земной фокус лемнискаты следует за солнечным фокусом. Как в Космосе Земля стремится приблизиться к Солнцу, так в растении земной фокус от узла к узлу приближается к солнечному фокусу лемнискаты. Когда узловая точка достигнута, то вокруг обоих фокусов описывается новая лемниската и начинается новый рост; при этом первые оболочки почки

ложатся на Землю - они как бы выпадают из солнечного пространства в земное. Каждый, у кого есть небольшой сад, знает, что салат, когда он вырастает, становится несъедобным; листья, закрывающие салатный кочан, нежны и съедобны, пока они укутаны в солнечном пространстве. Выпавшие из солнечного пространства листья
становятся плотными в своей субстанции и жесткими (см. рис. 30).

То же повторяется в следующем узле. Так земной фокус сдвигается от узла к узлу - причём расстояния становятся всё меньше и меньше - в направлении солнечного фокуса. Здесь также
имеет место асимптотическое приближение к солнечному фокусу. Земля никогда бы не достигла Солнца, если бы Солнце не склонялось к Земле. К глубочайшим тайнам растительного существа относится то, что в него вписан великий закон развития Земли. Шиллер, очевидно, догадывался об этом, когда говорил: «Тем, чем они являются безвольно, будь ты посредством воли! В этом всё!» Каждую весну и лето наблюдаем мы эту удивительную тайну, как Солнце объединяется с Землей; в это мгновение возникает у растения цветок. Это факт, вписанный в жизнь Земли, который указывает на центральное событие нынешнего земного цикла - на мистерию Голгофы. Если какой-нибудь внешний наблюдатель во Вселенной мог во время события на Голгофе взглянуть на Землю, то он увидел бы, что когда кровь с креста пролилась на Землю, Земля засияла как звёздный цветок: солнечный дух склонился к Земле и соединился с ней.69

Это предчувствовали, чувствовали великие художники, как это выразил, например, в «Парсифале» Вагнера «Волшебник страстной пятницы» словами: «Ты плачешь - смотри, смеется Ау!» — тогда нельзя не проникнуться реальностью этой сцены.

Теперь растение развивается по направлению

к семени. Солнце и Земля стали единым целым; солнечное пространство и земное пространство больше не образуют точек пересечения, рост прекратился и семя идет к состоянию покоя (см. рис. 31). Земные окружности и
солнечные окружности концентрически вложены друг в друга. Всеобщий мировой закон гласит, что развитие может проходить только там, где встречаются друг с другом силовые влияния. Семя как бы покоится в мировом сне - не удивительно, что в гробницах фараонов находили зерна пшеницы, которые спустя тысячелетия оказались ещё способными к прорастанию.

Но что же происходит, когда мы проращиваем семя, помещая его во влажную почву?
Мы делаем активными лунные влияния в водной Земле. Луна помещается между Солнцем и Землёй. Солнечное пространство
отделяется от земного, оба встречаются снова лишь при образовании лемнискаты роста, и это есть процесс роста, который мы каждой весной воспринимаем по-новому как результат встречи Солнца, Луны и Земли.

Лемниската играет большую роль также в человеческом организме. Она отображает великие эфирно-физические закономерности в функциональных взаимосвязях человека. То, что в человеке является процессом земного пространства, концентрируется в чувственно-нервной системе головы. Напротив, система обмена веществ со своими таинственными процессами,
которые диаметрально противоположны процессам чувственно-нервной системы, родственна солнечному пространству. Уже в предыдущих книгах70 указывалось на то, что существо растения должно быть расположено в человеческом организме перевёрнутым, чтобы такой образ показал родство процессов. Так корень растения сродни голове, цветок растения соответствует обмену веществ, а семя сродни человеческому сердцу.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ. XIII. СИГНАТУРА УГЛЕРОДА

Рассматривая то, что в предыдущей главе мы сказали о существе природы веществ, необходимо в последующих строках добавить ещё кое-что о существе углерода. Углерод занимает такое выдающееся место в органической природе, что всё остальное только обвивается вокруг него, как вокруг колонны. Парацельс, один из самых выдающихся исследователей в области медицины в начале новой эпохи развития, указывал на духовные основы природы и объединял видимые природные феномены с лежащими за ними духовными связями под общим названием «сигнатура». Для того, кто «имеет глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать», для того мерцают факты Творения сквозь материальный мир. Если мы под этим углом зрения рассмотрим углерод, то его сигнатура может помочь кое-что осознать. Однако сегодня не много находится любителей такого способа рассмотрения; скорее наблюдается склонность разделять вещества, анализировать их химическими и физическими средствами, в соответствии со способом мышления, который заранее настроен совершенно аналитическим образом.

Нас учат, что материя состоит из молекул, и эти последние из атомов. Однако и атомы не являются мельчайшими элементарными частичками, они состоят из электронов, которые, со своей стороны, растворяются в электромагнитных колебаниях. Материя, так сказать, исчезает по направлению книзу в системе силовых полей.

Это может представляться нам вполне логичным, но мы можем также почувствовать, как мы
внутренне застываем, если продолжаем последовательно проводить эту логику. Разве всё то, что логично, обязательно должно соответствовать действительности? Логика может привести нас к ужасающей односторонности, и, поскольку она не находит соединения с миром действительности, оставить нас внутренне холодными.

Способ мышления Парацельса противоположный; не анализ стоит на переднем плане, а видение и слышание сквозь субстанции и феномены может позволять нам догадаться о целях Творения.

Рассмотрим семя. Его рассматривают в микроскоп и анализируют; известно о каждой клетке и обо всех субстанциях, из которых оно построено материально. Но полученное таким способом понятие семени не является реальностью, если мы одновременно не подумаем о том, что тем самым заложено для ростков и побегов, если мы не будем одновременно мыслить идею растения в смысле Гёте.

Мы видим пред собой растение, как оно развертывается, как в ритмической последовательности выпускает один лист за другим, и, наконец, в цветке достигает поворота в развитии. В области цветка растение дематериализуется; оно источается, излучается в запахе, в красках. Можно ощутить, как оно распространяет своё существо в окружающей среде, как цветок в некотором смысле представляет собой последнюю физически видимую ступень развития растения. Но в то время как это происходит, когда цветок распыляет себя в Космосе, образуется как материальный остаток маленькое, похожее на камешек, семя. Мы убеждены во взаимной принадлежности того, что сущностно распространяется здесь в
нематериальное, и того, что собирается здесь в это почти минеральное семя. Мы можем ощутить, как окружающая среда, как аура, укутывает маленькое семя и как семя является как бы земной гарантией того, что существо растения из окружающей среды снова может вступить на Земле в физический облик. - Но, пользуясь только средствами химического анализа, как бы важен во многих случаях он ни был, мы не познаем реальности.

Если мы, например, возьмем в руки кусок свинца, то это не просто кусок металла, который нужно анализировать и исследовать его физико-химические свойства, но и вовне, во Вселенной, есть сущность, которая имеет связь с куском металла, который мы держим в руках. Эта сущность так же относится к металлу свинец, как идея растения - к семени; но то, что мы можем познать в физико-химических свойствах свинца, - если мы познаем это как весь человек, а не только при помощи мозга, - может стать путеводной нитью к познанию существа свинца.

Ко всему тому, что в форме вещества выступает пред нашими чувствами, относится и нечто, что вмешивается из Вселенной в природу вещества.

В книге «Основы развития врачебного искусства»53 в главе «Познание лекарственных средств» сказано следующее: «Субстанции, которые мы намерены использовать в качестве лекарственных средств, мы должны познавать сначала таким образом, чтобы можно было судить о содержащихся в них возможностях проявления вне и внутри человеческого организма. При этом только в малой степени следует заботиться о том, чтобы принимать во внимание те возможности действия, которые изучаются обычной химией, но важно наблюдать воздействия, которые являются результатом взаимосвязи внутренней силовой конституции субстанции в отношении к силам, которые лучами идут к Земле или от неё».

В этом смысле была сделана в предыдущих главах попытка в различных аспектах вести такое
изучение субстанции, которое может представить земные вещества как выражение образующих мир сил; откуда явились и куда направляются вещества, их становление и прехождение и их связи с процессами во Вселенной древние естествоиспытатели и врачи обозначали понятием «сигнатура».

Для того чтобы понять существо углерода, следует вначале на основании феноменов описать, какое значение имеет углерод для Космоса, Земли и человека. Прежде всего, если мы рассмотрим углерод с точки зрения субстанциальности, бросается в глаза то, что углерод известен в трех аллотропных модификациях: как алмаз, как графит и как чёрный уголь.

Вначале Лавуазье в 1778 году и чуть позже Теннант посредством естественнонаучных методов доказали современному человечеству вещественную идентичность этих трёх модификаций углерода, когда ученые при горении всех трёх веществ получили один и тот же углекислый газ СО2. Но в этих трёх модификациях мы можем отметить весьма различные свойства. Каждое из трех веществ имеет разное прошлое, различный опыт и открывает это нам характерным образом.

Алмаз являет нам свою световую природу. Он сверкает и искрится всеми ребрами и вершинами своего совершенно правильно построенного тела; форма его кристалла организована в соответствии с числом 12. Его находят преимущественно в форме ромбо-додекаэдра и гекса-додекаэдра; он кажется нам состоящим из света, как бы оцепеневшим, застывшим световым образованием.

Графит, напротив, воспринял в себя темноту, муть, которая скрывает его световую природу. Его форма искажена: у него едва можно различить форму отдельного кристалла. Он образует по большей части нитеобразные или стеблеобразные агрегаты; однако у него ещё есть металлически-серебряный отблеск. Полярность света и тьмы обусловливает его внутреннюю подвижность. Это выражается, в частности, в его хорошей тепло- и электропроводности.
Этими своими свойствами он приближается к серебру, металлу, обладающему наибольшей проводимостью.

Графит имеет, кроме того, определенное сильно выраженное отношение к водянистому. Из трёх модификаций углерода у него есть особенность легко образовывать с жидкостями коллоидные растворы. Но коллоидные растворы мы должны рассматривать как переходную стадию между жидким и твёрдым. Субстанции, так сказать, ещё не сделали выбор между тем или другим состояниями; клей, белок и слизь представляют собой такие типичные коллоиды. Посредством химических или электрических влияний коллоиды осаждаются хлопьями, т.е. они разделяются на жидкое и твёрдое. Мы знаем, что это прафеномен, поскольку в давние времена земное тело также дифференцировалось из вязкого, коллоидного состояния. Родство графита с жидким известно также из повседневной промышленной практики. Графит в
машинах применяется как смазка для тяжелых подшипников, где только масла было бы недостаточно. Когда мы применяем графит в производстве карандашей, то при письме он также проявляет свои жидкостные свойства. Итак, графит вполне может представиться нам текучим, скользящим, внутренне подвижным.

Чёрный уголь стал, наконец, совершенно земным веществом и совершенно скрыл свою световую природу. Он блестит только, когда сгорает, ясным светом. Но то, что у алмаза является внешне лучащимся светом, у графита текучей динамикой, то в угле выступает метаморфозировано как новая сила, которую мы хотим изучить поближе.

Если мы известные земные вещества рассмотрим с той точки зрения, как взаимодействуют их химические родственные качества, то, в общем, обнаружим, что так называемые валентности веществ, стоящих в отношениях друг к другу, довольно просто взаимно насыщаются. Только углерод способен сам насытить свои валентности; благодаря этому возникает бесконечное множество возможностей. Возможность связываться с самим собой выражает определённую Замкнутость, можно сказать, некоторую эгоистичность, успокоенность в себе самом. В то же время благодаря этому открывается колоссальная внутренняя сила формирования. Возникающие таким образом углеродные остовы являются основой всех органических веществ, т.е. таких веществ, которые представляют собой осадок жизненных процессов.

Можно многое возразить против атомной теории или теории валентности с духовнонаучной точки зрения, но, во всяком случае, из рассмотрения многообразия органической природы мы можем ясно видеть существование структурирующей, формирующей власти, которую мы можем рассматривать как углеродистое.

Резюмируя, можно сказать:

в алмазе мы видим наполненную светом прозрачность, в графите - жидкостно-подвижное, в угле - формирующе-земное. Это сущностное мы видим рядом, застывшее в земных условиях в твердых телах, - в трёх аллотропных модификациях углерода. Можно догадаться, что эти три модификации являются земными застывшими представителями прежних земных состояний углерода, и можно убедиться, как в этих трех модификациях оставили свой отпечаток соответствующие этим состояниям образующие силы.

Углерод в воздушном элементе со светом:                             алмаз.
Углерод в жидком элементе с движением:                             графит.
Углерод в твердом элементе с формирующими силами:      уголь.

Без труда можно увидеть, как алмаз несет в себе образующие импульсы из древнего солнечного состояния; как графит обязан своим возникновением лунному состоянию; и как, наконец, уголь представляет собой существо углеродистого в теперешнем земном развитии.54

Все это становится ещё более явным, если мы рассмотрим феномены, возникающие при
превращении трёх аллотропных модификаций друг в друга.

Уголь, в обычном состоянии считающийся неплавким, поддается плавлению. Если нагреть его в лишенном воздуха пространстве до высокой температуры, он переходит в жидкое состояние и при быстром охлаждении застывает в графит. 55

Итак, в вакууме при большой температуре земной уголь размягчается и возвращается в прежнее (лунно-жидкое) земное состояние. Вследствие быстрого охлаждения углеродистое не успело приспособиться к земным условиям и застыло, как графит.

По этим принципам в Америке получают графит в больших количествах из каменного угля. Вместо вакуума применяют кремневое в виде кварцевого песка.56

При описании этого процесса плавления рассказывают, как жидкая поверхность производит
впечатление кипения и бурления, и как становятся видны шаровидные образования, как бы сверкающие жемчужины. По-видимому, здесь происходит частичный переход угля в ещё более ранние земные состояния (солнечно-газообразные). Однако до сих пор не известно, что таким образом можно было бы сохранить эти светящиеся шарики как алмазы. Но если осуществить эти процессы в железной среде, т. е. уголь растворить в жидком железе и довести все до белого каления, то при быстром охлаждении застывшее железо будет насыщено маленькими алмазами.57 Углерод, посредством огня приведенный в газообразное состояние, проникает в железо, находящееся в состоянии белого каления. Это состояние, кажется, фиксируется застывающим железом. Углеродистому не хватает времени, пройдя через жидкое состояние, развиться до земного, но вместе с окружающей средой он застывает, избегая этих состояний развития, в алмаз. В связи с этим интересно отметить, что в метеоритах также находили маленькие алмазы.58

Мы наблюдаем перевод угля в более ранние стадии развития. Дополнить картину можно, рассмотрев процесс, представляющий собой противоположный путь.

Если алмаз без доступа воздуха поместить между электродами гальванической батареи, он начинает интенсивно светиться и при этом превращается в черный уголь. Количество вещества при этом остаётся то же самое. О чем говорит это явление? Электрическое силовое поле представляет собой мощные земные силы, посредством которых алмаз нисходит в земные отношения и превращается в чёрный уголь. Его светоносная сила освобождается при этом как физический земной свет.

Можно сказать, алмаз — это застывшее воспоминание существа углерода о давних светоносно-газообразных состояниях Земли, которые Рудольф Штейнер называет солнечной фазой земного развития. Графит - это застывшее воспоминание существа углерода о жидкостно-подвижных состояниях Земли, которые Рудольф Штейнер называл лунной фазой развития Земли, и чёрный уголь проделал, наконец, все стадии развития и несёт в себе скрытыми все возможности, которые привносят существо углерода в настоящее.

***

Алмаз - это начало - Адамас, как называли его греки, - и, как Адам, он прошел путь от Рая до Земли, во тьме скрывая свой светоносный облик, но принимая зародыши для нового восхождения человечества, так уголь, происходящий из области света, несёт в себе возможность новой метаморфозы, восхождения к свету.

Это можно уяснить себе на примере углеродных соединений в царстве растений. Процесс очищения угля в растении может быть взят как образ будущих состояний развития. Под действием прямого солнечного света в зеленых частях растения углерод в форме углекислоты усваивается и образуется крахмал.

Этот крахмал является, следовательно, связанной со светом углеродностью; он представляет собой рыхлый, входящий в живую динамику земной уголь. Если мы отыщем его в растении, то обнаружим его, помимо резервного крахмала, накапливаемого в семенах и корнях, главным образом в потоке соков в области стебля и листвы; здесь проявляется текучий, скользящий элемент. Крахмал образует с водой крахмальный клейстер, коллоидный раствор, на который было указано при рассмотрении графита. В самом теле растения крахмал является непосредственной основой для возникновения каучука, декстрина и растительной слизи; он также близок к этим коллоидным субстанциям.

Далее на растущее растение действует согревающий,

растворяющий солнечный свет и приводит его к цветению. Тогда субстанция крахмала сублимируется, возвышаясь к сахаристым
веществам нектара и ко всем нежным источающимся субстанциям цветочной области, как запах, цвет и цветочная пыльца.
Углеродное открывается здесь в своей световой природе всему космосу; здесь напрашивается сравнение с алмазом. Хочется сказать: в сахаре мы видим очищенную до ступени алмаза углеродность в области растительного, как это схематически представлено на следующем рисунке.

В потоке растительных соков крахмал также может попасть под власть земных сил, чтобы
уплотниться в опорную субстанцию целлюлозы. Тогда образуется древесное, корневое; это как бы небольшой шаг назад в развитии чёрного угля.

Вообще считают, что залежи угля - это древние остатки погибших мощных растительных зарослей. При этом различают торф и бурый уголь, с одной стороны, каменный уголь и антрацит, с другой; в то время как относительно первых, как обуглившихся растительных остатков, нет никакого сомнения, относительно происхождения последних мнения расходятся.59

Присутствие в каменном угле азота объясняется участием белка в процессе образования каменного угля, и обсуждается вопрос о возможности животного происхождения каменного угля; время образования каменного угля относят к геологическому периоду «карбон», который лежит вблизи точки великого поворота времен, эти эпохи Рудольф Штейнер называет гиперборейской и лемурийской. 60

В грандиозных образах представляет нам Рудольф Штейнер состояние тогдашней Земли. Он
описывает, что в те времена Земля ещё имела такой облик, когда твёрдое, жидкое и воздушное были больше едины; всё было окружено и пронизано тонкотекучей воздушной белковой атмосферой. В этой ситуации низошли из Космоса растительные образы. Это были не физические растения, но имагинации, вытканные из образующих мир сил. Они светились, наполнялись атмосферной белковой субстанцией и снова растворялись. 61

В последующем (атлантическом) периоде произошло умерщвление этой живой белковой атмосферы и распадение на составные части сегодняшней атмосферы: углерод, кислород, азот и водород. Итак, можно сказать, что наше сегодняшнее воздушное одеяние Земли состоит из останков некогда живой белковой атмосферы.

В предшествующих рассмотрениях мы увидели углерод как носителя формы в природе. Но так же, как углеродно-физическое запечатлевает своё существо в природных обликах, так духовно оно, как формирующая сила ткет образы мировых мыслей (имагинации). Мы можем себе представлять, что описанное Рудольфом Штейнером свечение растительных образов в белковой атмосфере Земли вносилось духовной стороной углерода. Физический осадок этого процесса стал со временем тем, что мы знаем сегодня как каменный уголь (антрацит). В еще более ранние периоды эту роль играл кремний, как брат углерода. Кремний и уголь стоят в периодической системе непосредственно друг под другом.

Когда мы рассматриваем метаморфозу-очищение к крахмалу и сахару в живом организме растения, то нужно мыслить также и подземные противообразы. Если мы под землёй будем искать вещество, которое, так сказать, представляет уголь в жидкой форме, то это будет нефть. Нефть обнаруживает феноменологическую связь с крахмалом. Она является противообразом живого крахмала. Химическая структура нефти родственна крахмалу, т.е. углеводам.

Но нефть лишена возможности жизни, в ней нет кислорода, который мы уже несколько раз
представляли как носителя жизни.

Высшие фракции нефти высоковязки, желатинообразны и родственны коллоидным растворам. Такие нефтяные продукты, как вазелин и высокомолекулярные смазочные масла, часто перерабатываются вместе с графитом и в таком виде становятся лучшими смазочными материалами в машиностроении. Мы видим, как в практике становится наглядным отношение к графиту.

Но свойства текучести, скольжения и подвижности нефти не исчерпываются только этими
феноменами: нефть и ее продукты служат топливом для современных двигателей внутреннего сгорания (дизельных, бензиновых, а также работающих на сырой нефти). Так подвижно-движительное превратилось во взрывчатое, которое, будучи заключенным человеческим интеллектом в железо, стало основой современной машинной техники.

Дальнейшая подземная метаморфоза углерода — это озокерит или асфальт. К этой же категории принадлежат смолы, получаемые из каменного угля посредством сухой
перегонки. Здесь можно себе представить — мы не раз уже делали это — подземный отраженный образ цветочного. 62

То, что в растении в живом процессе роста излучается навстречу свету: сахар, аромат, цвет и целебные силы - всё это человеческий интеллект извлекает из подземной отраженной области смол и их продуктов. С невиданным остроумием, почти с математической точностью производит химическая индустрия из каменноугольной смолы сахарин и прочие синтетические сладкие вещества, синтетические ароматические вещества (запахи), красители и синтетические лекарства (химиотерапия) (см. также гл. VIII).

Цветок открывается свету и мировым формирующим силам.

Каменноугольная смола открывается формирующим силам человеческого интеллекта.

Если мы хотим дополнить представленную выше схему, то мы должны изобразить это, как на рис.23.

***

Уголь состоит в тесных отношениях с кислородом. Выражением этого отношения является
образование углекислоты. Уголь мы находим в твердой земле, а кислород в воздухе. Между ними устанавливается упомянутое нами отношение, которое ведёт к образованию углекислоты. Углекислый газ представляет собой самый тяжелый газ в атмосфере и поэтому, по большей части, находится у поверхности земли, частично также под землёй, в гротах и пещерах; прежде всего он также связан с щелочными землями в известняковых горах, и как бикарбонат в источниках, реках и морях.

Будет полезным представить себе распределение углерода в теле Земли:

Запасы каменного угля в земле оцениваются в 100 миллиардов тонн.63 Большое количество углерода, содержащегося в земле, в воздухе и в воде в виде углекислоты примерно в полтора миллиона раз больше.64

Если запасы каменного угля принять за единицу, то получим следующее отношение:

                                                                 в атмосфере              8
                       Углерод в виде                в гидросфере            480
                              углекислоты;            в твёрдой земле        1 600 000
                       Каменный уголь                                                 1

Отсюда видно, что то, что разыгрывается между углём и кислородом, является определяющим для строения и жизненных процессов земного тела.

Огромная часть углерода участвует в образовании известковых гор. Здесь углерод связан, более-менее неподвижен; но вследствие выветривания силикатных пород, под влиянием атмосферной и гидросферной углекислоты, образование карбонатов продолжается. Но одновременно вследствие этого усиливается кремниевый элемент. Это можно ясно видеть на примере выветривания полевого шпата.

Что означает это выветривание прапороды? Земля стареет и обызвествляется; но в этом процессе распада мы видим становление триады веществ, дающих возможность высшей жизни. Известь и кремний полярны. В то время как в кальции мы можем увидеть земной принцип, кремний представляется нам неотягощённым земной материей, незамутнённым и прозрачным, образованным из света. Так же как уголь внутренне структурирует органическую природу, так и кальций создает многообразие земных форм, как ни один другой минерал. Напротив, горный хрусталь проявляет родство со световой природой алмаза. Между ними глина стоит как посредствующий элемент. Она не образует застывших форм, как кальций, и не проявляет световых качеств, как кремний; она сродни жидкостям: пластична, подвижна, дружественна существу графита. В технике, например, в смеси с графитом он применяется для изготовления карандашей.

Известь, глина и кремень представляют силы, организующие растительное царство. Из
сельскохозяйственной практики мы знаем, что кальций служит для развития земных частей растения, в особенности корня. Кальций делает части растения массивными, вещественными. Кремний, напротив, способствует развитию лучистых, воздушных, светлых частей растения, в особенности цветка; нежные вытянутые формы создает кремний. Алюминий же имеет близкие отношения с лиственно-стеблевой частью. Глинистые почвы способствуют сильному развитию лиственной части и интенсивному движению соков. С этой точки зрения триада известь-глина-кремень представляется отражением триады уголь-графит-алмаз. Качества трёх модификаций углерода мы видим повторенными в этих минералах как отражение общих праформ.

Углекислый газ гидросферы подвижнее. Растворимые бикарбонаты кальция и магния легко
распадаются на углекислый газ и нерастворимый карбонат. Таким образом, с одной стороны, они стремятся к твёрдому, с другой, к газообразному

состоянию; они также проявляют задатки к
тройственности, посредствуя между землёй и атмосферой. Но действительная подвижность разыгрывается в атмосфере, здесь происходит постоянное движение верх и вниз, дифференцированное жизненными процессами в растениях и животных; здесь изживается взаимообмен между земным углём и кислородом воздуха как дыхательный процесс организма Земли.

Из земного угля и кислорода воздуха образуется углекислый газ. Растение в процессе ассимиляции усваивает углекислый газ из воздуха и расщепляет его на кислород, который оно выделяет, и углерод, который в многочисленных метаморфозах даёт ему строение и жизнь и при определённых обстоятельствах снова превращается в чёрный уголь.

Животное усваивает уголь в растительной форме как пищу и выдыхает его как углекислый газ - кислород оно вдыхает.

Таким образом, существуют как бы две поглощающие друг друга циркуляции, охватывающие два противоположных процесса. Животное растворяет углерод, растение его фиксирует. В первом явлении выражает себя процесс становления животного, во втором - встречный процессе исчезновения животности.

Рассмотрим процессы в растении с точки зрения поглощения углерода: происходит
обезвоздушивание. Из углекислого газа извлекается углерод и образуется крахмал, воздух же выделяется. Если рассматривать это внимательным образом, можно прийти ко многим тайнам растительного бытия. Что означает это уменьшение воздушности внутри растения? Что можем мы воспринимать как процесс, противоположный этому уменьшению воздушности?

Здесь мы сталкиваемся с общезначимым законом: развитие к высшим формам бытия идёт всегда параллельно с развитием и отделением низших форм бытия, и так же как свет отбрасывает тень, в таком же отношении стоит сверкающий цветок к процессам отделения воздуха растением: сила сияния как результат обезвоздушивания.

Многие физические явления убеждают нас в правильности такого воззрения. Вспомните трубку Гейслера, явление молнии и т.д. Воздух, по мнению Гёте, по отношению к свету является «мутным осадком». Думать, что развитие идёт по прямой линии, было бы заблуждением. Так же как растение растёт не от корня вверх или от цветка вниз, но скорее от середины цветок развертывается вверх, а корень растёт вниз, так же и всякое развитие в мире идёт от середины.

Ассимиляция в растении - это удивительный процесс, и наука немало потрудилась, чтобы его понять. Тот факт, что в отдельных частях растения содержится формальдегид, привел к предположению, что усвоение углекислого газа проходит через формальдегид и посредством полимеризации образуются всё более сложные вещества. Но так прямолинейно метаморфоза веществ не происходит. Там, где в растительном мире мы находим формальдегид, он является продуктом распада. При ассимиляции сразу образуется крахмал, который вверху превращается в сахар, а внизу в целлюлозу. Этот принцип развития от середины мы находим в космогонии Рудольфа Штейнера, где от состояния сатурнического тепла через Солнце и Луну развивалась Земля, по мере того как из сатурнианского огня вверх развивались мировые
силы света, химизма и жизни, вниз, подобно теням, развивались элементы воздуха, воды и земли (сравните также главу III о Творении).

Когда мы рассматриваем растение в образовании цветка, не кажется ли оно нам образом больших ритмов? Разве мы не чувствуем цветок принадлежащим внеземной области света?

Как углерод регулирует развитие в растительном царстве, так же мы можем рассматривать его и как регулятор всего воздушного бытия Земли. Рудольф Штейнер говорил в своём докладе для врачей:65 «Земля окружена воздухом, но там, над воздухом, происходит нечто другое, там мы имеем противополюс воздушной зоны. Там все противоположно тому, что происходит в нашей воздушной зоне, и оттуда, когда там происходит обезвоздушивание - упраздняется воздушное бытие, - из этой зоны - это как бы восхождение посредством обезвоздушивания - приходит то, что посылается нам как свет. Наш земной свет исходит из этой зоны; там он производится, там он вырастает, подобно тому, как растут на Земле растения». Так мы видим наш воздух просвечиваемым из световой области, которая генетически и функционально
с ним связана. Это, в свою очередь, образ великого ритма, а именно, солнечной фазы земного развития. Застывшим воспоминанием об этом является алмаз.

Когда мы рассматриваем животное, то мы можем сказать, что оно представляется нам вывернутым растением. Растение принимает внутрь углекислоту и обезвоздушивает её; животное принимает внутрь воздух и обезуглероживает его. Как у растения в результате внутреннего обезвоздушивания вовне сияет цветок, так и у животного в результате внешнего обезвоздушивания внутри зажигается нечто, что мы можем назвать способностью животного к ощущениям. Это вливается в другой процесс, который мы можем наблюдать у животного: животное воспринимает углерод в жидкой форме как пищу и выделяет воду. Что может сказать нам это отделение воды? Прежде всего, мы видим, как мышцы, уплотняясь из
крови животного, т. е. сгущаясь из жидкости, дают животному способность к движению. Но это только внешняя видимость, ибо мышцы не двигались бы, если бы некая сила не двигала бы их. Что это за сила?

Также как у растения мы изучали отделение воздуха и пришли к свету как к противопроцессу, так от отделения жидкости мы можем прийти к другой мировой силе, которую Рудольф Штейнер называл химизмом. Мы уже говорили здесь, что то, что мы сегодня на Земле называем химией, это всего лишь отраженный образ того, что в мировом пространстве открывается как всеобщая организующая мировая сила в движении звёзд. Это организующее, звучащее движение, оно также лежит в основе нашей слышимой музыки и вливается в мышечную субстанцию; и снова животное указывает нам на великий ритм земных сфер. Как воздушной зоне Земли по ту сторону соответствует область света, так
противоположным полюсом жидкостной зоны является область, из которой излучаются химические силы. И это, в свою очередь, указывает нам на великий ритм, который мы знаем как лунную фазу Земли. Застывшим воспоминанием об этом является графит. Графит встречается в природе в виде вытянутых кристаллических агрегатов, похожих на связки мышечных волокон.

Если теперь мы, познавая, будем рассматривать человека, то обнаружим, что он носит в себе
растение и животное, но находится под властью ещё более высокого принципа. Как растение отделяет воздух и начинает сиять в свете, как животное отделяет воду и в нём, как противоположный процесс, проявляется организованное движение, так человек выделяет земное; он отделяет внутрь себя углекислый кальций и образует твердый костный скелет, символ смерти. Зато может засветиться нечто, являющееся противоположностью смерти: живой разум. Это не просто жизнь, которая исчерпывается ростом земных живых существ - что, в свою очередь, является только земным отражением жизненной сферы окружения,
равно как и земная химия является только отражением внеземной области мирового порядка; - эта лучащаяся жизнь представляет собой силу, которая соединяет человека с мировыми образующими силами, с миром творящих идей, с мировым смыслом. Это снова напоминает нам об образе цветка и семени. Цветы источаются в сферу нематериального, в окружение, в то время как одновременно с этим отделяется почти минеральное семя; идея растения излучается в окружение. Семя так же относится к праобразу растения, как костный скелет к мировому разуму.

Конечно, можно сказать, что высшие животные также имеют костный скелет; но этот скелет
искажен, выброшен из пространственных измерений, преждевременной, неудавшейся попыткой представляется нам скелет животного. Только человек со своим скелетом так свободно стоит в пространстве, что может преодолеть силу тяжести. Преодоление смерти возжигается как мировая жизнь, то есть как живая духовная сила в нашем разуме. И если эта духовная сила на путях света может полностью захватить тело, тогда она загорается в «инкарнате», том таинственном цвете, который Рудольф Штейнер называл стоящим на границе к сверхчувственному; это «цвет персикового цветка», — что также является лишь приближённым обозначением — растворённый «пурпур» Гёте. Его становление динамически описано Рудольфом Штейнером как взаимопроникновение белого и чёрного в лучах красного - образ для того факта, что высшее возникает из переплетения сил жизни и смерти. - Так сила
смерти и воскрешения человека снова указывает нам на великий ритм твёрдой Земли и неземной сферы мировых мыслей как на квинтэссенцию настоящего земного цикла. Видимым выражением этого является чёрный уголь.

***

Человек несёт в себе все, что до сих пор описывалось как образование света, первоначальный
химизм и образование жизни. В свои системы органов он внёс то, что в сферах окружающего мира вырастает как противопроцессы к обезвоздушиванию, отделению воды и образованию земли. Если в человеке мы ищем ту систему органов, которая имеет дело с распадом углерода в том смысле, как он происходит в воздушной области, то это будут почки. Почки беспрерывно убирают кислород; богатыми кислородом углеродными соединениями урины они обезвоздушивают организм и возникает потребность во вдыхании новой порции кислорода. В лёгких осуществляются только последствия того, что было начато почками и мочевым пузырем. На это указывает функциональная связь между одышкой и застоем в почках, а также влияние на некоторые заболевания мочевого пузыря содержания кислорода в воздухе. Мы можем представлять себе почки и мочевой пузырь всасывающими органами, в которых постоянно происходит обезвоздушивание. Там первичный свет может излучаться к верхнему человеку, становясь носителем его душевных способностей. Органической основой для этой световой жизни является чувственно-нервная система; когда мы смотрим в глаза какому-нибудь человеку, нам светит навстречу этот свет, который несёт его душу.

Если мы будем искать в человеке тот орган, который несёт в себе нечто от той сферы, где лежат первоистоки химических действий, то найдём печень. Рудольф Штейнер говорил в одном из докладов для врачей: «Изучайте удивительную деятельность, которую развертывает печень в человеческом организме, с одной стороны, когда она действует всасывающим образом в отношении состава крови, с другой стороны, когда она посредством выделения желчи действует регулирующим образом на весь процесс подготовки крови. Рассмотрите всю эту широкую деятельность печени, и вы должны будете увидеть в ней то, что, если вы изучите это до конца, даст вам истинную химию, ибо наша внешняя химия на Земле не представляет собой действительной химии, которую мы должны изучать как отраженный образ внечеловеческой химической сферы, изучая все удивительные воздействия человеческой печени».

Всасывающей и выделяющей в области жидкого должны мы рассматривать деятельность печени; здесь может излучаться первичный химизм как носитель организованного движения. Органической областью для него является ритмическая система, циркуляция и мышечная деятельность, и также как почки дают побуждение к дыханию, так деятельность печени вызывает жажду.

Если мы рассмотрим лёгкие, то обнаружим, что их функция как органа дыхания суть чисто внешняя; их внутреннее существо более связано с отделением твердого, завершающимся образованием скелета. Лёгкие дирижируют потоком углекислого газа, направляя его к образованию костей, так что в них мы легко можем увидеть организационный центр землеобразования; причём сами они в своём строении остаются нежными и тонкими, пока они здоровы. Обызвествление легких в патологических состояниях и одновременное появление болезненных очагов витальной собственной жизни бросают свет на скрытую
деятельность лёгких, которая вызывает выделение вплоть до минерально-земного, а также до костного скелета. Вследствие этого может излучаться первоначальная жизнь как носитель формирующего и творящего духа. Органическим выражением этого является система
обмена веществ, и так же как почки вызывают потребность в дыхании, как печень жажду, так легкие вызывают голод.

Если мы хотим наглядно представить

сказанное в этой главе, то удобнее всего сделать это в виде схемы, приведенной на рис.25.
Итак, человек включает в себя природные царства. Он содержит в своём организме не только элементы воздуха, воды, земли, но также их полярные противосилы: свет, химизм, мировой смысл или
мировую жизнь, поскольку он постоянно выделяет элементы. Но
благодаря чему человек является таким всеобъемлющим существом,
что делает его творцом икрокосма? Это огонь, который он несёт в себе, тот огонь, который в далёком прошлом из субстанции господствующей воли высших существ торжественно открыл праначала нашей планеты Земля. Рудольф Штейнер называет эту
праэпоху развития Земли фазой бытия Сатурна. Земля тогда была
дифференцированным тепловым телом, из которого потом, в последующих фазах - Солнца, Луны, Земли - возникло всё высшее и низшее. Так человек несёт в себе середину: тепловой организм,
который соотносит его с началом Творенья. Можно возразить, что и
теплокровное животное несёт в себе тепло, но это тепло, как мы
знаем, зависит от температуры окружающей среды. Температура тела животного колеблется с изменением условий внешнего мира, тепло животного предстаёт нам как заимствованное у внешнего мира. Животное здесь, как и в образовании скелета, всего это лишь несовершенный подражатель человеку. Только человек может рассматривать этот огонь как своё собственное достояние, как ядро и семя своего существа. Это находит свое выражение в постоянстве температуры его тела 37°С, независимой от всех колебаний температуры окружающей среды.

Но этот огонь соединяет его не только с творческим огнем праначала, в нём поднимаются
творческие импульсы, образующие будущее. Человечество в нынешнем цикле Земли находится в поворотной точке своего развития. Будущие состояния Земли будут — также как будущее совершенное тело человека — формироваться соответственно этим импульсам. Выражение этого будущего формирования во всех школах мудрости называлось «философским камнем», «мягким алмазом».

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ. Звёзды. Завершение.

Если мы рассмотрим общий образ Зодиака с соответствующими веществами, выражающими язык жестов, то нам бросится в глаза ряд закономерностей (см. «Учение о субстанции», гл. XXIV).

Четыре главных представителя Зодиака:

Орел,

Лев,

Водолей,

Телец

вместе образуют мировой крест, который лежит в основе всего органического мира.

Есть четыре мировых направления, из которых сущностные силы

углерода,

водорода,

кислорода и

азота

вливаются в образование белка ( «Учение о субстанции », гл. XII).

Каждой из этих четырех репрезентативных мировых сил, как было представлено, подчинены два спутника:

Льву -                с одной стороны Рак, с другой стороны Дева
Водолею -         с одной стороны Козерог, с другой стороны Рыбы
Тельцу -            Овен и Близнецы, и
Орлу -               Весы и Стрелец.

В силах веществ это представляется так, что с четырьмя главными веществами почти всегда связана, с одной стороны, более формообразующая, с другой стороны, более растворяющая компонента. Химически между собой они

имеют мало сродства; оба подчиненных спутника едва ли вступают друг с другом в прямую связь, в лучшем случае посредством кислорода. Напротив, вызывает удивление, какие важные соединения дают противостоящие друг другу силовые влияния. Уже было
указано на то, что водород и кислород являются двумя составными компонентами воды. Из двух качеств - из устремляющегося вверх водорода и ведущего в земную жизнь кислорода - возникает то, что открывает в одной сущности, а именно в воде, действие обоих компонентов; она устремляется вверх в виде облачных образований и возвращается обратно в виде оплодотворяющей всё живое воды.
Также важное соединение дают силы, приходящие от созвездий Девы и Рыб; совместно они являются носителями сохраняющего Землю солевого процесса.

Кальций и кремний дают стекло и также в природе образуют множество пород, особенно вулканического происхождения, таких как
базальт, порфир, лава, которые преимущественно участвуют в образовании твердых земных масс.

Соединение из направлений Скорпиона и Тельца настолько мощно, что без обволакивающей силы воды человек не может их вынести. Циан - это скелет белка; если из белка удалить воду, то постепенно образуются цианоподобные соединения. Получающийся при этом циан - один из сильнейших на Земле ядов; здесь духовное действует так глубоко и непосредственно, что этим уничтожается человек. В Космосе, напротив, по свидетельству Рудольфа Штейнера, он играет роль очищающей силы в астральной сфере. Известно, что шлейф кометы несет с собой цианистые соединения. В сильно разбавленном виде — как, например, в миндальном молоке — он применяется терапевтически для того, чтобы стимулировать астральное тело глубоко в структуре нижнего человека; также можно сказать, ослабить разрушающую, связанную с нервной системой часть и успокоить её.

Сульфат магния и фосфат алюминия (вавеллит) хотя и менее важные, но часто встречающиеся в природе соединения.

Важное действие оказывают силы Рака и Козерога в связи с Овном и Весами, с которыми они опять образуют мировой крест. Совместно они образуют основу неорганического мира («Учение о
субстанции», гл. XXI): известь (кальций), кремень (кремний), глинозем (алюминий) вместе с фосфором составляют твёрдый каркас Земли. Хотя фосфор и не является горообразующим, как остальные, но в
образовании человеческого скелета он участвует как важный фактор, также важную роль он играет при образовании земной коры. Поэтому мы находим его добавленным повсюду в образовании земных пород,
как пряности в печенье; а иногда в виде фосфата кальция он образует мощные залежи. Если эти субстанции искусственно связать при помощи огненного процесса, то мы получим цемент, самый твёрдый строительный материал, или бетон.

Итак, мы имеем один мировой крест, создающий основу органической жизни, затем второй, представляющий неорганический мир, и ещё третий, состоящий из четырех мировых направлений: Близнецы, Дева, Стрелец и Рыбы, в
котором отчетливо проявляются четыре элемента эфира: огонь в сульфуре, обертывающий водно-химический в калии, свет в магнии и формирующие силы в галогенах. Как бы само собой разумеющимся образом эти четыре элемента находятся в мировом океане. Геологи подсчитали, что в мировом океане содержится такое количество растворенных солей - не только хлорид натрия, но и сульфат магния, - что из них можно было бы воздвигнуть все континенты с их горами («Учение о субстанции», гл. XXIV).

Конечно, невозможно дать в таком описании нечто законченное, это можно рассматривать только как набросок, который, вероятно, может побудить к другому способу рассмотрения.52

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ. Весы, Стрелец

Скорпион или Орел сопровождают два спутника: созвездие Весов и созвездие Стрельца.

Действие сил из созвездия Девы с древнейших времен мыслится в области между диафрагмой и бедром. Если теперь мы перейдем к созвездию Весов, то ему приписывается воздействие на образование самого бедра. В эвритмическом жесте этого созвездия мы ощущаем эту принадлежность очень отчетливо. Здесь выражается процесс взвешивания, когда мы, вытянув руки вперед, одну кисть руки кладём поверх другой. При этом мы очень сильно ощущаем, как в бедрах мы удерживаем равновесие. Мы стоим на земле и чувствуем в бедрах «впряженности» в земные силы. Отсюда мы балансируем между правым и левым, и
между передним и задним; благодаря этому мы даем возможность выпрямления верхней части тела. Так Весы держат равновесие между силой тяжести и подъемной силой.

Ещё наглядней это становится в звуке «С», который соотносится с созвездием Весов: звуковой жест идёт снизу вверх, захватывая тяжелое и переводя в легкое. Также человек в своем скелете так поставлен в пространстве, что он преодолевает тяжесть.

Весы стоят в Зодиаке в оппозиции к Овну; очень внушительно, когда мы сопоставляем «С» и «W». «С» несет в себе динамику снизу вверх, как если бы мы взяли землю или известь и подбросили вверх. Жест «С» выражает: тяжелое сделать легким или материю перевести в область духа. Напротив, «W», как уже было описано, означает действующую сверху скругляющую силу. Мы имеем здесь дело с игрой сил, которая действует в каждом органе; перенос материи снизу вверх и пластицирование сверху вниз. Так же как каменщик сглаживает и формирует мастерком брошенный наверх раствор, так и Овен формирует в
человеческом организме действующий из Весов поток субстанции.

Рассматривая с точки зрения субстанции, мы находим это взаимодействие в кремнии-кремнезёме и кальции-извести. Кремний является носителем формирующего импульса, кальций поставляет ему для этого материал. В растительном царстве кальций осуществляет наполнение субстанцией, подумайте только о кочане капусты и крупной свекле: они массивны снизу. Кремний, напротив, производит нежные лучащиеся формы; подумайте о травах и злаках: они тонко сформированы и расчленены сверху.

В организме кальций сильнее всего ввергает нас в вещественно-земное. Это вещество, которое образует наш костный остов, и вследствие этого мы, с одной стороны, поставлены в земную тяжесть, но субстанция так поднята в область духовного, что в её структуре открываются духовные формирующие силы, и, поскольку человек так сформировал свой костный остов, он может затем снова ориентироваться по этому костному остову. Я имеет возможность «взвешивать мыслительные предпосылки» в кальцинированном костном остове. Так наш земной ум, как неоднократно на это указывал Рудольф Штейнер, связан с кальцием.

Чрезвычайно решительный жест имеет зодиакальное созвездие Стрельца: кисть левой руки
положена на сильно выдвинутый вперед локоть правой, кисть правой руки лежит на левом плече. Правая нога тоже выдвинута вперед и немного согнута в колене, так что вся поза устремлена вперед. Чувствуют, как все силы устремляются в руки и ноги до локтей и колен. Мысль, которую мы видели представленной в созвездии Орла, переходит в «решение».

За этим жестом следуют жесты для звуков «G» и «К». В обоих жестах ясно выражено отодвигание. Обеими руками энергично, начиная с плеч, мы продолжаем движение по предплечьям, кистям рук и кончиков пальцев, мы осуществляем движение отодвигания. При этом мы чувствуем наше тело чрезвычайно туго натянутым, так что затылок, позвоночник и твердо на земле стоящие пятки в нашем сознании представляют собой как бы одну туго натянутую линию. Эта напряженность в спине даёт нам одновременно чувство лучащейся освобожденности в переднем человеке, так что мы соединили жест отодвигания с чувством, что нечто в нас освобождается и излучается.

Терапевтически «G» и «К» используют повсюду там, где отказывают выделительные функции толстого кишечника. Здесь мы имеем дело с той частью пищеварения, где из пищевой кашицы должны быть выделены шлаки, которые из жидкой консистенции переходят в твердую.

Известно, что с процессами выделения связаны процессы сознания, мышление. В качестве процессов выделения мы должны, однако, рассматривать и такие, которые происходят внутри организма, как, например, выделения костного остова, нервной субстанции и т. д.; это тоже процессы, где из жидкого пластицируется твердая субстанция. Очень ясно видно это у маленьких детей. Здесь мы имеем сначала дело с организмом, который преимущественно мягкий, жидкий, мало сформированый. Всё более твердым становится затем костный остов, пока процесс не придёт к завершению в образовании первых зубов; здесь твёрдый организм выделился из жидкостного. Мы обнаруживаем, как в этот момент эфирные образующие
силы, которые до сих пор были связаны со строительством органов, освобождаются для способностей к мышлению и запоминанию. Ребёнок созрел для обучения. В этом процессе наглядно выражен весь жест «G».

Однако мы знаем также, что вещественным носителем этого процесса является магний; Рудольф Штейнер часто обращал внимание на то, каким важным является процесс образования зубов для человека, и какую роль при этом играет магний. Он называет силы магния двигательными силами. Магний действует именно так, как было показано при описании «G» и «К», он твердое формирует из жидкого и выдвигает для выделения, при этом освобождаются лучащиеся силы. Очень сильным слабительным действием обладает «горькая соль», которая есть не что иное, как сульфат магния.

Также в минеральной природе магний являет нам оба эти характерных свойства. Он делает все камни твёрже, и освобождающиеся при этом формирующие силы запечатлевают в затвердевающем камне форму лучей; мы видим это у минералов, содержащих магний, таких как актинолит (лучистый камень), роговая обманка, асбест и т.д.

В растительном мире выдвигающая сила магния выражается в процессе ассимиляции; здесь в
хлорофилле магний играет ту же роль, что железо в крови.

Рудольф Хаушка. УЧЕНИЕ О ЛЕКАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВАХ.

Спутниками Тельца являются Овен и Близнецы.

В начале нашего летоисчисления это созвездие играло особую роль, поскольку в начале весны в нём всходило Солнце; эту точку восхода на горизонте называют точкой весеннего равноденствия. В течении Платонова мирового года (25 920 земных лет) эта точка обходит весь Зодиак и сегодня находится в созвездии Рыб, но, несмотря на это, астрономия точку равноденствия считает совмещенной с началом созвездия ОВНА. При таком способе рассмотрения точка весеннего равноденствия представляет собой не что иное, как возникновение системы координат. Базирующаяся на этом принципе математическая 
двенадцатиричность, для которой по традиции сохранены названия созвездий, сдвинута относительно действительных созвездий и будет далее сдвигаться по мере того, как начало координат будет удаляться от действительного положения Овна (смотрите «Учение о субстанции», гл. XII).

Итак, Овен означает поворот времён. В древних книгах Овен представлен лежащим, с повернутой назад головой с рогами, как бы оглядывающимся на прошедшее. Можно сказать также, что он является небесным предводителем целого хоровода созвездий и оглядывается на всех, кто следует за ним. Этому соответствует эвритмический жест Овна: стоят прямо, с сильным ощущением головы вся осанка выражает собранность, внутренний взгляд назад. Правый указательный палец касается подбородка, что и в повседневной жизни является жестом, выражающим собранность. Рудольф Штейнер называет этот жест «событие», указывая тем самым на рассмотрение чего-то, прошедшего становление. Этот жест переходит
затем в движения звука «W», чрезвычайно подвижное волновое движение сзади вперёд, спереди назад. В этом движении можно почувствовать вечно волнующуюся воду, которая, однако, в этом вечно повторяющемся движении передает свою форму даже самому твёрдому камню. Движение скругляет, ограничивает, придает форму.

В организме человека мы повсюду находим эту формирующую ограничивающую силу на
поверхности наших органов. Космические образующие силы, участвующие в скруглении нашей головы, находим мы повсюду, во всех органах, они скруглены и ограничены сверху. Легкие, печень, сердце и  почка имеют на своей поверхности эти сглаженные скругления, как будто их формировала единая сглаживающая сила. Это и есть волнообразная сила «W», единообразно скругляющая поверхности всех органов.

Эту формирующую органы силу «W» мы не можем отделить от жеста оглядывающегося назад Овна. Это звуковое движение несет в себе то, что приходит из прошлого, и это оказывает определяющее влияние на облик человека. Если мы внесем эту осознанность жеста Овна в звуковое движение «W», то до границ тела разовьется в нас сознательное восприятие, тесно связанное с формированием звука.

Описанные процессы лежат также в существе кремния. Образование поверхности органов в
организме - это в большой степени обязанность кремниевой кислоты (SiO2).

В книге «Основы развития врачебного искусства»50 сказано: «Кремниевая кислота выполняет двойную задачу. Она устанавливает внутри границы простым процессам роста, питания и тому подобному и замыкает снаружи чисто природные воздействия изнутри организма». Итак, кремниевый процесс мы должны представлять себе действующим от головы вниз в нижнюю организацию, как бы скругляющим жестом защищаясь от идущих снизу вверх процессов роста. Таким образом кремниевая кислота создаёт поверхность тела всего человека, поверхности отдельных органов, и делает их как бы способными к
тонким чувственным восприятиям. Это Я-организация, которая на пути кремния от головы противостоит поднимающимся вверх процессам роста и противопоставляет им действующие из прошлого космические формирующие силы.

Так же как Овен означает для нас поворот времен, так и кремний развертывает своё особенное влияние там, где человек, рождаясь, начинает свою земную жизнь. Физически это выражено в том, что пуповина является кремниевым образованием, и новорожденный окружен так называемым лануго, первичным волосяным покровом, посредством которого предродовое по путям кремния может проникать в весь организм, формируя его.

Эту монументальную формирующую силу и благородную замкнутость происходящего события находим мы как окончательный отпечаток в минеральном мире, когда рассматриваем горный хрусталь. Его облик не претерпевает никаких метаморфоз: всегда это шестигранный столб, заканчивающийся пирамидой. Только там, где кристалл приближается к водянистому, мы находим волнообразное движение «W», намеченное в формах агатов, халцедонов и опалов.

Двигаясь от Овна через Тельца к БЛИЗНЕЦАМ, МЫ замечаем, что теперь перед нами двойственность. В эвритмическом жесте это выражено следующим образом: руки скрещены на груди, обе ноги твердо стоят на земле, носки немного внутрь, и вся поза выражает самоуверенность. Руки и ноги, воспринимаемые как симметричные, доминируют в этом жесте; они дают сознание «способности к деянию».

Ему соответствует звук «Н». Когда мы произносим этот звук, мы делаем как бы легкий выдох, желая совершенно истечь в окружающую среду. Как эвритмический звуковой жест, «Н» имеет такое же действие самовыделения. Мы делаем это посредством сильного толчка, который, исходя от плеч, захватывает и разводит в стороны обе руки; при этом одновременно мы чувствуем веяние приближающегося воздушного потока, который может затем влиться в нас.

Если один жест показывает укрепление и утверждение в земных делах, то другой означает
выхождение и активное становление воздушного элемента душевного. С одной стороны, чувствуют себя телесно укрепленным, с другой, активно выходящим наружу. В языке «Н» проявляет похожую двойную натуру: это согласный звук, но он может заменять гласный; подумайте, например, о «Н» как знаке долготы гласного в немецком языке.

Из описанного видно, что сила зодиакального созвездия Близнецов и терапевтическое применение «Н»-движения должно действовать так, что с одной стороны, усиливается эфирно-физическое, с другой, выделяется душевное. То же происходит, когда мы смеемся: ха-ха, при этом мы выталкиваем и расширяем астральное тело. В определенной области нашего организма физиологически этот процесс должен происходить всегда. В пищеварении первая часть, разыгрывающаяся во рту - это чувственный процесс ощущения вкуса, в котором больше всего участвует Я. Затем пищеварение переходит в область, где более господствует душевное, что особенно видно в области желудка, это показывает имеющаяся там кислота.
Затем пищеварение протекает в щелочном кишечнике, это значит, что оно должно полностью совершаться в области эфирного, для того чтобы чуждое эфирное могло перейти в собственно-человеческое эфирное. Последнее переходит в неорганическое физическое, и здесь эфирное тело должно работать в тесной связи с физическим телом. Если здесь слишком глубоко проникает душевное, то следствием этого могут быть расстройства пищеварения; тогда в качестве мероприятия лечебной эвритмии прописывают «Н», чтобы выделить астральное из органических процессов.

Если мы хотим действовать медикаментозно в том же направлении, то мы даем серу. Она
поддерживает пищеварение так, что пища, особенно белковая, может правильным образом войти в эфирное тело. Область её действия лежит в верхних отделах пищеварения в тонком кишечнике; и вообще повсюду, где мы хотим избежать слишком тесной связи между астральным и эфирным телом и эфирное тело склонить более к физическому. Вследствие этого астральное тело больше подводится к Я. Из-за этого действия сера становится прямо-таки снотворным. В книге «Основы развития врачебного искусства»51 сказано: «Сера развертывает свою деятельность в области физического и эфирного тела. Это проявляется
также в том, что чрезмерное введение в организм серы вызывает чувство головокружения, помутнения сознания. Сон, то есть состояние тела, в котором астральное тело и Я-организация не действуют как душевные существа, благодаря увеличению употребления серы становится более интенсивным». Это же мы испытываем при жесте «Н»; при чрезмерном усилении он может привести также к потере сознания и обмороку. Здесь особенно отчетливо в звуковом жесте мы можем прочесть проявление действенности вещества.

Итак, сера оказывает двойное влияние: первое, она теснее связывает эфирное тело с физическим, следовательно, укрепляет нас в физическом, и с другой стороны, больше смещает астральное тело в область Я.

Еще другое действие мы должны приписать сере: также как «Н» качается между звуками и
соединяет их, так и задачей серы является связывать вещества между собой. Это происходит прежде всего при образовании белка, который образуется потому, что сера склоняет к объединению углерод, водород, кислород и азот. Эту задачу сера выполняет не только в организме, но и повсюду в природе вне человека; едва ли какое-нибудь другое вещество так легко соединяется с другими, как сера. Особенно бросается в глаза сродство серы с металлами, как и у «Н» с гласными. Даже с обычно недружелюбным золотом сера соединяется, образуя золотисто-коричневые или черные сульфиды. Эту многостороннюю химическую активность нам следует рассматривать как манифестацию эфирного. Если мы примем во внимание белок, образование которого может происходить только в эфирном организме, то нам станет ясна роль серы как посредницы между физическим и эфирным. В растительном царстве это образование белка происходит в семени. Когда мы в июне, т.е. в период, когда Солнце стоит в созвездии Близнецов, идём по цветущему лугу, мы чувствуем тогда, как в росте и цветении в природе распространяется, разрастаясь, сульфурический элемент. Это тот же самый элемент, который позже, к празднику св. Михаила,
укрощённый в белковом образовании семени, можно обнаружить химическим путем. Но что происходит в этой разрастающейся вегетации? Там происходит постоянное отклонение мировой души. Цветком растение касается мировой души, но оно охраняет себя от слишком глубокого её проникновения в свой организм; посредством цвета, особенно тёплых сульфурических цветов, красного и желтого, цветок защищается от проникновения мировой астральности. Итак, астральное отталкивается растущей, зеленеющей, цветущей вегетацией, чтобы потом в зимнее время на семя могла веять духовно звёздная мудрость Космоса, запечатлевая в нем образ нового растения.