Дорнах,
27 июня 1924 года
В прошлый раз, мои дорогие друзья, мы говорили о взаимосвязи эфирного, физического, астрального тел и "Я"-организации, как эта взаимосвязь может быть представлена у так называемых ненормальных детей.
Вчера я говорил о том, как вследствие несоответствующего вчленения в общую мыслительную систему мирового эфира может быть патологически сформировано эфирное тело, и мы можем из этого заключить, что то, что здесь выступает, может быть неправильным в различных направлениях.
Если вы сможете это понять, вы, вероятно, в ходе докладов сможете обрести следующую уверенность: почти для каждой детской индивидуальности мы должны находить конкретный метод лечения, внося в воспитание общее душевное настроение. Но сперва надо кое-что знать, и существенным является то, что вся сегодняшняя психиатрия не может ничего знать о методах лечения так называемых психических болезней. Зная же эти вещи, можно, в частности, прийти и к методам лечения. Поэтому вовсе не так важно, чтобы вы получили рекомендации для отдельных случаев, но гораздо важнее, чтобы вы видели в принципе* что и в этой области здоровая патология, здоровый диагноз сами развиваются в терапевтическое.
Со многими так называемыми душевными заболеваниями дело обстоит так, что по некоторым причинам, которые вы также сможете уяснить в ходе этих докладов, они не могут быть излечены, или по меньшей мере их можно было бы лечить с применением крайне трудных средств, даже принимая во внимание духовнонаучное. Для этого следовало бы иметь специальные санатории для душевнобольных, где могли бы лечить - хотя это и чрезвычайно сложно - и взрослых душевнобольных; я имею в виду болезни особого вида, особенно те случаи, что важны для нас в случае детского возраста.
С другой стороны, вы увидите, что больному ребенку безусловно можно помочь правильным педагогическим обхождением. И мы увидим, что даже тяжелейшие заболевания, когда они встречаются у взрослых, например, эпилепсия, в ранней детской стадии имеют много перспектив к улучшению или даже к полному излечению, если только правильно видеть вещи. Тогда, зная принцип перехода от того, что лежит в основе, к тому, что нужно делать, можно в каждом индивидуальном случае найти соответствующие мероприятия.
Но при этом нужно знать, что лежит в основе заболевания.
Видите ли, если с сегодняшней психиатрией человек может ничего не знать, это обусловлено тем, что сегодня совсем не подозревают о существовании чего-то такого, как особая Я -организация или особое астральное тело, сегодня всячески отрицают даже существование эфирного тела. Я не настаиваю на именах, но когда такие известные люди, как Дриш, исходя из теории, говорят об определенных известных понятиях, они эфирного тела не знают, ибо они его боятся. Но все-таки сегодняшняя наука продвигается от физического к познанию органически-эфирного. Важнейшее, чего нельзя знать, ничего не зная об астральном теле или "Я"-организации, суть следующее.
Возьмем, прежде всего, связь между физическим и эфирным телом. Она поддерживается на протяжении всей жизни, от зачатия, от эмбрионального состояния вплоть до смерти, сохраняясь и в состоянии сна. Напротив, связь физического тела с астральным телом и "Я"-организацией в состоянии сна прерывается.
Нужно совершенно точно рассмотреть, каким образом ведут себя в бодрственном состоянии "Я"-организация и астральное тело в физическом и эфирном теле, если мы вообще хотим составить себе реальное понятие о так называемом душевнобольном. Совершенно необходимо знать вчленение астрального тела и "Я" в физическое тело и эфирное тело своего существа, если мы вообще хотим иметь разумные мысли о так называемом душевном заболевании.
Видите ли, также и антропософы часто думают - не потому, что для этого дает повод антропософия, которая очень точна в своих формулировках, но поскольку люди опираются на старые привычки мышления - обычно антропософы также думают, что когда человек пробуждается, его астральное тело и "Я"-организация входят в эфирное и физическое тело, соединяясь так, как соединяются водород и кислород. Но это не так.
Если ясновидчески смотреть на вещи, мы увидим следующее (см. табл. 4): если здесь находится физическое тело, здесь эфирное тело, то астральное тело входит сюда вовнутрь, и также "Я"-организация входит вовнутрь; все это здесь входит вовнутрь, и мы видим этот переход. Но этот переход, который состоит в том, что астральное тело и "Я "-организация захватывают физическое и эфирное тело, это еще не все. И именно здесь также начинается, я бы сказал, одно явление в человеческой жизни, имеющее чрезвычайную важность.
Прежде всего обратимся к "Я"-организации. "Я"-организация, когда она возвращается при пробуждении, не просто захватывает эфирное и физическое тела, но она внедряет в человеческое тело внешний мир, силы внешнего мира. Что это означает?
Представьте себе, что мы имеем силу тяжести, которая действует так (см. табл. 4). Когда мы бодрствуем, мы ведь стоим выпрямившись в направлении этой силы тяжести. Представьте себе просто тяготение как таковое, которое действует в направлении силы тяжести. Здесь есть два представления; давайте уясним их: одно из них состоит в том, что "Я", вначале отвлечемся от эфирного тела, охватывает физическое тело; физическое тело тогда подчиняется силе тяжести, не правда ли, мы подвергаемся действию силы тяжести, когда мы идём, мы должны отыскивать равновесие и тому подобное. Это одно представление: при пробуждении мы внедряемся своим Я" в физическое тело, физическое тело, которое обладает тяжестью и находится под действием силы тяжести Земли, и тем самым мы имеем косвенное отношение к физической силе тяжести. Это одна возможность. Это как если бы я вместе с весом книги вступал в отношение к силе тяжести, беря книгу в руки. Это одно представление; оно неправильно, ложно.
Другое представление таково: "Я" проскальзывает в физическое тело, захватывает физическое тело, но влезает так далеко, что делает физическое тело легким; физическое тело, когда в него проскальзывает "Я", теряет свой вес. Таким образом, когда я, как бодрствующий человек, стою прямо, то для самого "Я", для "Я-организации", которая также имеет свой физический отпечаток в тепловом организме, для них это означает преодоление силы тяжести. Нет никакой возможности стать в опосредованное отношение к силе тяжести. "Я" вступает в непосредственное отношение, вчленяется как "Я" в силу тяжести, отключает таким образом физическое тело. Вот то, что тут происходит. Когда вы ходите, вы постоянно вчленены своей "Я"-организацией в действительное тяготение Земли, вы вступаете не косвенным путем через физическое тело, но в непосредственное отношение к теллурическому.
Так же обстоит дело с эфирным телом. Так же и эфирное тело вчленено в силы. Возьмем одну из этих сил. Я часто обращал внимание на то, что в то время, когда мы как люди ходим по Земле, мы подвержены действию интенсивной подъемной силы. В среднем наш мозг весит 1500 граммов. Если бы весь этот вес 1500 граммов давил на основание нашего мозга с его тонкими кровеносными сосудами, они были бы тотчас раздавлены. Но он не давит этой тяжестью, в действительности он плавает в мозговой жидкости. Поэтому, испытывая действие подъемной силы, мозг столько теряет в своем весе, сколько весит вытесненная им жидкость. Эта вытесненная жидкость имеет вес на 20 г меньше, чем вес самого мозга, так что мозг давит на свое основание только двадцатью граммами.
Таким образом, мы имеем тяжелый мозг, который не давит вниз, но на него действует подъемная сила. Мы живем в этой подъемной силе, в этой подъемной силе живет наше эфирное тело. Но поскольку мы проскальзываем с нашей "Я"-организацией в наше эфирное тело, мы не косвенно вчленены в эту подъемную силу, но непосредственно нашей "Я"-организацией. Наша человеческая организация связана со всеми силами Земли, со всем физическим миром, и это именно прямая, непосредственная связь, а не какие-то косвенные отношения.
И с чем же, посмотрим, связана наша "Я"-организация? Во-первых, наша "Я", -организация стоит в отношении к силе тяжести, то есть к земному. Ибо, мои дорогие друзья, того, что физики называют материей, просто не существует.
В действительности существуют только силы, силы, подобные, например, силе тяжести - естественно, есть и другие силы, электрические силы, магнитные силы - со всеми ними "Я"-организация находится в непосредственной связи и пребывает в них у нормального человека во время бодрствования. Мы можем сказать: все то, что мы понимаем под Землей - это силы. Все то, что мы понимаем под водой, что находится в равновесном состоянии, со всем этим"Я"-организация стоит в непосредственной связи. Все газообразное - не правда ли, помимо обычной механики мы в физике изучаем также гидромеханику, аэромеханику, поскольку равновесные процессы и метеорологические процессы в воздухе имеют свою особую форму - стоит в непосредственной связи с "Я"-организацией. Далее, "Я' -организация стоит в связи со всеобщим тепловым состоянием, с частью всеобщих тепловых сил, которые пронизывают нас, когда мы живем в физическом мире (см. табл. 5):
"Я"-организация: земля вода воздух
Астральное тело: теплота свет химизм жизненный эфир
Я зачеркнул теплоту, поскольку это только часть. - Мы пробуждаемся и вчленяемся, как дух, своей "Я"-организацией в мир земных сил. В действительности мы не прибегаем к посредству физического тела, это магическое отношение. Но только оно может происходить, будучи пространственно, чисто пространственно ограничено границами нашего организма. Если вы начнете понимать, что отношение нашей "Я"-организации не физическое, но магическое, вы достигнете этим очень многого.
Теперь перейдем к астральному телу: и астральное тело не косвенно, не через эфирное тело, но непосредственно соотносится с определенными силами, действующими в нас, когда мы находимся в бодрственном состоянии. Это прежде всего часть тепловых сил; а именно, тепло воздействует одной частью на физический организм, другой частью на эфирный организм. Затем астральное тело находится в непосредственной связи с силами света.
Но здесь вы должны знать, что силы света для духовной науки суть нечто иное, нежели то, что понимает под этим физика. Не будем углубляться в теории, но, не правда ли, то, что мы можем ощущать окружающий мир в освещении, имеет определенную основу, и именно в эфире, так что мы можем сказать: свет - это эфирная сила.
В обычной науке мы говорим сегодня о свете как о том, что содержится в освещенном. Духовная наука говорит о свете так: она называет светом также то, что лежит в основе других чувственных восприятий, например, свет звуковых восприятий. Когда мы имеем звуковые восприятия, то внешняя физика пытается говорить только о подвижном воздухе как о внешнем корреляте восприятия звука. Подвижный воздух - это только медиум действительного звукового элемента. Действительный элемент звука - это эфирное, и вибрация воздуха - это только действие этой эфирной вибрации. Свет живет также в восприятии запаха. Словом, в основе всех восприятий лежит нечто более всеобщее, нежели свет, нежели то, что сегодня в физике называют светом.
Конечно, когда говорят о свете так, как я тут высказал, это сбивает с толку. Ибо в основном так говорили о свете в прежней духовной науке до 12, 13 столетий после Р.Х. Затем понимание этого было утрачено, после чего пытались применить другие выражения, которые, однако, еще более непонятны. Поэтому столь непонятны алхимические книги, написанные после 12 столетия. Для вас имеет значение то, что это называют светом. Посредством этого света астральное тело стоит в связи со всем тем, что на Земле доступно чувственному восприятию, причем в прямом отношении, а не окольным путем через эфирное тело.
Это особенно интересно. Там снаружи свет живет в эфире, но мы имеем эфирное также и внутри нас. Свет воздействует на эфирное тело. Однако при пробуждении мы не только вступаем в связь с этим светом, находящимся внутри нас, но и в обход этого света мы вчленяемся в свет, притекающий извне.
Так же обстоит дело с внешним, действующим в мире химизмом. Мы также и в химизм вчленяемся непосредственным образом. И это особенно важно, ибо тем самым сказано, что человек в бодрственном состоянии вчленен в своего рода космический химизм. Наша сегодняшняя наука знает только безжизненный химизм, может быть, немного органический химизм, но она совсем не знает того химизма, который является всеобщим мировым химизмом. В него мы вчленяемся при пробуждении. И точно так же мы вчленяемся во всеобщую мировую жизнь, в жизненный эфир; все - непосредственно.
И то, что я вам здесь обрисовал, должно быть достигнуто по мере того, как человек, как было сказано, постепенно строит свое второе тело, а затем и третье тело. Это все должно быть достигнуто по мере того, как человек погружается в себя, пронизывая своим собственным существом космически-земные начала. Он должен суметь охватить собой мир. Мы в нашей науке имеем ясность только в одной единственной области, где физика действительно действует так, как это могли бы желать и во многих других областях. Эта область - глазная организация.
Подумайте о том, что если мы рассматриваем глаз именно так, как это делает последовательный физик, рассматриваем глаз как физическое устройство, как физический инструмент - желая познать глаз, мы изобразим его в виде такой фигуры: преломление света линзой, образование объективного образа и так далее - то мы не сможем найти перехода к тому, как душевное внедряется в физическое. Но в целом все это ужасно интересно. Так что тут, когда все это происходит так физикалистски, получают весь этот рисунок, и здесь застревают, здесь хотят через мозг прийти к душевному. Рассмотрите еще раз эту забавную философскую игрушку, все эти интересные, но в действительности очень глупые теории психофизического параллелизма или взаимодействия. В действительности же именно в глазу "Я"-организация и астральное тело входят непосредственно в то, что мы физически нарисовали, охватывают внутри глаза физическое. В отношении глаза нетрудно понять правильное положение вещей, об этом говорит своеобразная обособленность глаза, поскольку глаз находится почти вовне, и в эмбриональном развитии строится снаружи. Так обстоит дело с глазом.
Но то же справедливо для всего человека. Нужно всего человека внутренне понять физически, духовно-физически, так, чтобы к земным силам можно было добавить летучие световые силы. Нужно внутри человеческой организации познать то, что в человеке имеется, в сущности, из окружающего мира, и что человеком так непосредственно захватывается, физически конструируемое.
Как же обстоит дело при аномальных состояниях? При аномальном состоянии какой-нибудь орган - не обязательно весь организм в целом - может находиться в таком состоянии, что у человека нет возможности посредством этого органа непосредственно подключиться к внешнему миру. Орган может, так сказать, стать на такой путь, что этим органом человек не сможет найти контакт с миром. Что тогда произойдет?
Возьмите какой-нибудь орган (см. табл. 5, справа), например, легкие; легкие так вчленены в человеческий организм, что человек, пробуждаясь, не находит контакта с внешним миром. Представьте себе, что человек спит, и во время сна с легкими происходит нечто такое, организующее легкие таким образом, что человек при пробуждении погрузился бы в легкие, но не смог бы выйти во внешний мир. Тогда его "Я" и астральное тело в области легочной организации вынуждены впрессовываться в легкие, но не могут выйти обратно.
Ведь дело должно обстоять так, чтобы человек своим астральным телом погружался, но потом мог снова выводить в мир во все стороны. Легкие должны просто быть в состоянии предоставить переход. Но в этом случае они не предоставляют переход, а удерживают астральное тело и "Я", то есть они препятствуют пробуждению человека. Беда, если он каждый раз пробуждается при таких обстоятельствах, поскольку то, что наступает в легких, это инфильтрация вследствие особого химизма какого-нибудь вещества в тонком разбавлении.
Заложенная таким образом организация наполняет легкие каким-нибудь тонким веществом, которое имеет с ними особое сродство. Тогда легкие оказываются не в порядке, и человек вследствие этого пробуждается. Но как? Он пробуждается, но не достигает сознания. Чтобы достигнуть сознания, нужно выйти наружу. К сознанию приходят, когда пронизали. Если просто входят внутрь, то пробуждаются; когда пронизывают, получают сознание. И в этом остаются, в этом застревают, и сон, здоровое отсутствие сознания, переходит в болезненную бессознательность, то есть человек хотя и пробуждается, но не достигает сознания.
Вы видите, как мы с одной стороны, а именно изнутри описали состояние эпилептика. Эпилепсия такова, и особенно в детском возрасте она такова, как я ее описал. Так что нужно сказать следующее: что, в сущности, происходит с эпилептиком? - С эпилептиком происходит то, что он со своей "Я"-организацией и своим астральным телом хотя и может погрузиться в физическое и эфирное тело, но, с другой стороны, не может выйти в физический мир, он застревает внутри.
Задумайтесь, что же происходит, когда астральное тело входит внутрь, скажем, в легкие, застревает там внутри и не может снова выйти наружу? Оно оказывается тогда впрессованным в поверхность легких. Астральное тело и "Я"-организация впрессовываются здесь, запруживаются. Вы видите, в этих случаях под поверхностью органов происходит застой "Я"-организации и астрального тела.
Во внешнем мире это выступает в виде судорог. Всякий раз, когда возникают судороги, происходит внутреннее запруживание у поверхности какого-нибудь органа. Эти застои преимущественно происходят в определенных частях мозга - а мы ведь знаем, как определенные части мозга относятся к остальному - они могут заключаться в том, что нечто застаивается в печени или легких, а мозговой застой это лишь проекция, слабое отражение. Всякий раз, когда мы наблюдаем судороги, мы замечаем этот застой "Я"-организации и астрального тела внутри органа. И тогда мы впервые выходим на истинную причину эпилептических судорог, для которых мы ничего, кроме внешних описаний, не имеем.
Мы никогда не познаем этого состояния, если не сумеем от физического и эфирного тела перейти к "Я" и астральному телу. Во всех разговорах о судорогах не будет никакого содержания, если мы не будем знать, что у поверхности ужасно спрессованы астральное тело и "Я". Они не могут выйти наружу, они стремятся наружу и задерживаются.
И если вы усвоите то, что мы здесь выяснили, вы сможете себе сказать: так что же я должен делать, если в детском возрасте имеют место симптомы эпилепсии, припадки потери сознания с судорогами или заменяющие их явления, о которых мы еще будем говорить? Что можно сделать в данном отдельном случае?
В данном отдельном случае надо попытаться действовать, так сказать, из инстинкта. Вначале надо выяснить, не являются ли нарушения сознания слишком родственными, как это часто бывает у эпилептиков, явлениям обычного головокружения. Бывают явления головокружения. У детей замечается предрасположенность к ним. И если, скажем, припадки с потерей сознания лишь кратковременны, но зато слишком заметно выступают явления головокружения, можно выяснить, где чего-то недостает.
Здесь налицо следующее нарушение: организация "Я" и астральное тело не вступают в непосредственное отношение с силами равновесия. Здесь вы должны прежде всего исследовать, не имеет ли у данного ребенка место именно это, что "Я"-организация и астральное тело не могут установить правильного отношения к силам равновесия. Вы должны заставить этого ребенка кружиться или Эвритмизировать, дайте ему при этом какие-либо внешние предметы, например, гантели (см. табл. 5, внизу) или тому подобное, заставьте его делать упражнения на равновесие, пусть он делает эти упражнения на равновесие в возрасте между сменой зубов и половой зрелостью. И если вы дадите ему две гантели равного веса - они должны быть, однако, взвешены с аптекарской точностью - и заставите его проделывать с этими гантелями эвритмические или другие физкультурные движения, тогда вы кое-чего достигнете.
Теперь пусть в левой руке будет более легкая гантель, чем в правой, и пусть он снова делает аналогичные движения, затем привяжите ему к ноге что-либо тяжелое, оно не должно быть слишком тяжелым, и пусть он с этим ходит, чтобы он замечал силу, которая тянет ногу. При обычной ходьбе он этой силы не замечает; но он должен войти в это своей "Я"-организацией, и если вы ему что-нибудь подвесите, он тотчас эту силу заметит. Затем подвесьте ему груз к другой ноге; этим вы побуждаете его более духовно проделывать все это, отслеживать это, вдумываться в движения, в движение левой руки, правой руки, обеих рук; заставьте его сознательно воспринимать тяжесть, стоя на одной ноге и поднимая другую.
Словом, в этих случаях, когда вы по головокружениям заметили, что ребенок неправильно входит в земные силы заставьте его делать такие движения, при которых он вынужден учиться овладевать внешним состоянием равновесия. Подобным образом надо подходить и к лечению эпилептических и эпилептоидных детей, чтобы приучить их к другим силам.
Не правда ли, пока все ясно. Вы сможете кое-чего достичь со многими эпилептиками, у которых вы заметите нарушения именно системы циркуляции, явления, обусловленные, в сущности, обращением соков. И если вы обнаружите, что с эпилептическими припадками, когда они выступают как судороги, а также как приступы головокружения, связаны особые ощущения тошноты, то здесь имеет место невозможность вчленения в водный элемент. Тогда хорошо будет сделать для ребенка водный элемент как можно более заметным, прежде, чем он будет принят в организм, попытаться так готовить пищу для ребенка, чтобы он интенсивно ощущал кушанье. Внешне можно кое-чего достичь, если учить его плавать. Обучение плаванию для эпилептиков -очень хорошее средство, нужно только разумно смотреть на то, что здесь происходит.
Для помрачений сознания, которые наступают без упомянутой выше сильной тошноты, неплохо делать тщательно регулируемые дыхательные упражнения, чтобы установить связь с воздухом. И чтобы у детей-эпилептиков возникла правильная связь с теплом, их необходимо приучать к тому, чтобы они чувствовали тепло. Это значит, что если уже для обычных детей ужасно позволять им гулять с непокрытыми икрами, что часто является причиной раздражения слепой кишки, даже, в более зрелом возрасте, воспаления слепой кишки - люди об этом не знают - то для эпилептических детей это является настоящим ядом. Эпилептические дети должны быть одеты так, чтобы они всегда были несколько склонны к потению, чтобы пот всегда был на грани появления, то есть их надо одевать несколько теплее, чем это необходимо. Это, в сущности, терапия.
Все эти ужасные разговоры о закаливании ведут к тому, что люди уже в детском возрасте становятся ужасно закаленными, а плодом этого закаливания становится то, что в преклонном возрасте они подчас не могут в солнечный день перейти через площадь так, чтобы у них тут же не подкосились колени. Тот не закален, кто не в состоянии безболезненно перейти через площадь. Взгляните только на господ, снимающих цилиндр, переходя освещенную солнцем площадь, у которых то и дело подкашиваются ноги. Как правило, это является следствием сегодняшнего закаливания.
Тем самым мы рассмотрели главным образом вещи, которые именно в детском возрасте еще вводят "Я"-организацию в те элементы, в которые она должна быть введена. Но здесь уже начинается область, где непосредственно к педагогическому должен приступить врач. Ибо в этом случае, когда эпилептические явления уже налицо, мы можем приступить к делу только на пути применения лекарственных средств, и мы не должны пугаться применения этих лекарственных средств. Коль скоро эпилептические явления связаны с тем, с чем они будут связаны, если в это вовлечено главным образом астральное тело, если, таким образом, верхние, эфирные элементы задерживают проникновение астрального тела во внешний мир, то мы должны воздействовать на эти элементы внутри самого человека. И здесь речь идет о том, чтобы мы действительно нашли путь, но прежде всего мы должны узнать, задействовано ли здесь астральное тело, или нет.
Как же мы узнаем, вовлечено ли в это астральное тело? Кто много наблюдал эпилептических или эпилептоидно предрасположенных детей, тот мог заметить два весьма различных друг от друга состояния.
Первое из них таково, что, я бы сказал, ребенок в нем не выходит за пределы моральных требований, поскольку ребенок вписывается в то, что хотят внушить каждому ребенку в моральном отношении. Так что если мы имеем дело с эпилептическими или эпилептоидными детьми, которые легко вчленяются в моральный миропорядок, можно, пожалуй, остановиться на указанных выше средствах.
Но если мы имеем дело с такими детьми, которые становятся недоступными для морального, если они, например, легко становятся жестокими во время приступов - ведь эпилептические приступы могут маскироваться тем, что, например, у ребенка возникают вспышки жестокости, о которых он потом часто и не помнит – если проявляются явные моральные дефекты, тогда речь идет о том, чтобы еще в детском возрасте вмещаться настоящими лекарственными средствами, так, чтобы попытаться преодолеть эпилепсию с помощью общеупотребительных средств или рекомендуемых нами в известном отношении, как сера или беладонна, и проводить здесь регулярную терапию.
Об этой, в большей степени медицинской части, мы еще будем говорить. Сегодня я бы хотел лишь указать на то, как на основании внешних наблюдений нужно переходить от более педагогических мероприятий к более медицинскому уходу. А для известной категории эпилептических детей дело и вовсе в том, чтобы даже, поскольку они вполне хорошо вчленены во внешний мир, избегать внешних упражнений и воздействовать преимущественно внутренней терапией.
Но здесь мы как раз подошли к той точке, где эпилептические явления вполне последовательно переходят в другие явления. Вчера я говорил о том, что мысли, в сущности, не могут быть ложными, и сейчас я постоянно говорил о том роде и способе, каким человек вчленяет в себя мысли. Такое явление, как застаивание астрального тела в легких, вызвано тем, что мысль неправильно вчленена в легкие. Так что все это дефекты мысли. Они наступают, когда мы при нисхождении не в состоянии правильным образом овладеть нашим организмом, дабы мы могли построить его вторично.
Но мы из нашей прежней земной жизни приносим также и волевой элемент, который распределяется по отдельным органам. И если мысли вообще не могут быть ложными, но всегда правильны, они лишь проявляются в нас искаженными нашим организмом, отчего также и органы могут строиться искаженными, то в случае воли, как она вступает из доземного бытия в земное бытие, дело обстоит так, что она едва ли может быть правильной. Она приходит в полной неуверенности и должна встраиваться в мыслительную систему.
Система мыслей такова, что она нигде в мире не может быть неверной; с волевой системой обстоит так, что она едва ли где-либо может быть правильной без того, чтобы человек приложил к этому усилия. Человек при всех обстоятельствах вносит в мир неправильную волевую систему. И это является причиной того, что мы, становясь физическим человеком, никогда не нисходим в мир с моральностью. Моральность мы должны обрести лишь постепенно. То, что было моральностью для нашей прежней инкарнации, мы использовали в период между смертью и новым рождением, когда мы были заняты своим исполненным мудрости построением, ее мы давно испарили; мораль мы должны приобретать вновь в каждой отдельной жизни.
Это значит, что теперь выступает нечто весьма значительное: теперь, поскольку мы приходим из нашего доземного бытия аморальными, мы должны развить в нашей воле чувство; мы входим нашей волей в органы, мы должны развить в нашей воле чувство того, что выступает нам навстречу как моральное.
Это чрезвычайно удивительно, как с обучением ребенка речи в него вливаются моральные импульсы. Поэтому нам чрезвычайно важно знать, что имитация доходит до самых интимных вещей. Очень важно обратить на это внимание: ибо если в окружении ребенка воспитатели и родители аморальны, говорят аморально, то в глубочайшей внутренней организации ребенка имитируются не внешние деяния, но аморальное содержание.
Таким образом, здесь речь идет о том, чтобы мы также вступали в отношения с внешним миром, но окольным путем посредством всего организма в целом, а не через отдельные органы. И если здесь наступает застой, то этот застой наступает оттого, что в то время, как раньше мы не везде выходили наружу нашими мыслями, теперь мы не выходим нашей волей. И здесь обнаруживаются моральные дефекты.
Теперь мы видим внутреннюю причину моральных дефектов в том, что во всем человеческом организме застаивается то, что должно войти, пробиться из доземного бытия, если оно должно найти доступ к моральной оценке окружающего нас мира. Мы должны быть в состоянии усвоить мораль окружающего нас мира. Но при определенных обстоятельствах мы этого не можем, если наша духовно-душевная организация запруживается, если мы застреваем внутри - в физической организации - если мы не можем пробиться нашей духовно-душевной организацией.
Видите ли, здесь речь идет о том, чтобы действительно полностью пребывать в моральной области. Но только это нужно также познать правильным образом. Если вы имеете дело с собственно эпилептическими явлениями, вы должны будете диагностировать их на основании указанных мной симптомов: приступов головокружения, помрачений сознания и так далее. Это все преходящие явления. Но если вы хотите познавать моральные дефекты в моральной области, вы должны думать не о преходящих, но о пребывающих, постоянных симптомах.
Важнейшие расстройства, отчего они могут наступать? Естественно, все обусловлено кармой; нужно говорить о двух сторонах, об особенностях, с которыми выступает человек, и об их кармической обусловленности.
Представьте себе, что эмбрион расположен в организме так, что он здесь слишком сжат, и мозг образуется слишком скудным в сравнении с остальной организацией. Теперь вы замечаете следующее: на протяжении детского периода развития вследствие слишком скудно развитого мозга те излучения мозга, которые важны именно в возрасте от семи до четырнадцати лет, оказываются тем самым нарушенными и запруженными, так как от того, что здесь застаивается, возникает отражение в селезеночной функции.
Что за этим следует? Вследствие этого застоя ребенок не развивает внутренней симпатии ко всему тому, что является моральным суждением; ему для этого не хватает симпатии. Как для человека с цветовой слепотой не существует красок, так для определенных детей не существует моральных импульсов, содержащихся в нашей речи, в наших наставлениях. Ребенок становится морально слепым. И наша задача устранить эту моральную слепоту.
Таким образом, во внешних деформациях, если мы их внимательно проследим, мы можем всегда увидеть удивительный симптом. Френологии можно высказать множество упреков в шарлатанстве, но для суждения о моральных дефектах каждому следовало бы изучить истинную френологию. Ибо интересно видеть, что моральные дефекты, связанные с кармой, являются столь мощными силами, что кармическая аморальность непременно выступает также и в деформациях физического организма.
Но, с другой стороны, именно в этой области чрезвычайно показаны лечебно-педагогические мероприятия, и если привнести упомянутые мной вчера качества, внутреннее мужество и решительность, то они смогут нашим увещеваниям, которые тогда требуются, дать необходимую внутреннюю силу. Для этого требуется внутренняя сила.
То, что может наступить исцеление, я уже неоднократно пояснял на одном известном примере. Видите ли, один весьма известный немецкий поэт подвергся однажды френологическому исследованию у специалиста. Он был уже знаменитым поэтом. И френолог, который надеялся найти много интересного, вдруг побледнел, нащупав определенное место, и не решился говорить дальше, в то время, как он до этого весьма оживленно говорил о замеченных им интересных вещах. Поэт засмеялся и сказал: я уже знаю, вы обнаружили - склонность к воровству; оно было у меня сильно выражено! - Френолог открыл, что обследуемый мог бы стать клептоманом. Он же преобразовал клептоманию в поэтическое искусство.
Это именно то, в чем вещи нужно понимать так, как я это объяснил вчера; и не следует заранее судить об этих вещах так, как о них обычно судят.
Видите ли, дело обстоит так: рассматривая человека, мы видим, что он образовал свои человеческие свойства главным образом в направлении двух полюсов: один полюс более мыслительный, связанный с представлениями, другой полюс волевой. Так вот, орган представлений болен, если он не вор, и притом искусный вор. Мозг как орган представлений должен быть ужасным вором, на то, что он должен усваивать, мораль не распространяется. Он должен иметь чувство присвоения всего. Это один полюс. И мы будем склоняться к эпилепсии или к чему-то в этом роде, если не будем своим органом представлений все и отовсюду присваивать.
Но этому волей Господа не позволено проскальзывать в волевую организацию! Она должна быть сдержанной, должна быть восприимчивой, она должна иметь чувство для различения моего и твоего, которое развивается впервые лишь во внешней жизни. Подумайте: животные, которые живут жизнью представлений больше, чем люди, они постоянно голодали бы, если бы они не имели чувства присваивания всего и вся. Эти вещи надо видеть. Это не должно сползать в волевую организацию, это должно оставаться в виде тонких представлений.
Я мог бы сказать: если астральная инфильтрация нашего мозга, для которой все присваивать вполне правомерно, проскальзывает в организацию конечностей и обмена веществ или в ритмическую систему, тогда в воле как тенденция возникает то, что должно быть присуще организации представлений: возникает стремление все присваивать.
Это может проявляться во вполне безобидной форме, вы можете тогда замечать, что ребенок начинает поднимать все, что находит, и складывать из этого коллекции. Естественно, с такими вещами постоянно борются, поэтому они не столь бросаются в глаза. Нужно приучить себя видеть задатки к этому. Конечно, ребенок обычно до этого не доходит, поскольку его начинают за это поколачивать. Но нужно очень внимательно следить, есть ли у ребенка эта склонность, откладывать и собирать какие-либо вещи, и надо иметь ощущение того, где начинается болезненное.
Болезненное начинается там, где это превышает определенную меру. Филистерство свойственно многим, но пока нет определенных поводов, не все имеют здравое суждение о том, сколько можно собирать. Можно быть грандиозным филистером и собирать почтовые марки, поскольку здесь страсть к собирательству более или менее безвредна.
Если же она в виде подражательства возникает у ребенка, это указывает на то, что у ребенка это свойство все присваивать спустилось в волевую сферу. Здесь речь идет в действительности о том, чтобы вы это тщательно наблюдали, если это касается морально-кармических дефектов при клептомании, чтобы вы усматривали это из взаимосвязей, описанных мной вчера, и подходили к ребенку из такого душевного настроения, в котором бы вы воспитывали как можно более действенно морально, с огромной внутренней живостью, без небрежности и лени.
Находите с внутренней живостью истории, в которых то, что делает ребенок, в жизни приводит к абсурду. Рассказывайте ему разные случаи воровства, и делайте это регулярно. Это фактически вмешивается в карму.
Здесь мы действуем на пути лечебно-педагогического, которое должно оставаться в рамках морального, если мы действительно полностью пребываем в этом, если мы вполне индивидуально интересуемся, как это делается. Каждый клептоман чрезвычайно интересен. Представленческие свойства проскальзывают у него вплоть до кончиков пальцев рук и ног. Конечно, если мы хотим его воспитывать, это нужно знать. Нужно при каждом удобном случае вплетать в рассказы свойственные клептоману жесты, целиком углубляться в этот случай, находить легенды, сказки, в которых эти вещи приводят к абсурду.
Размышляйте об этом, мы продемонстрируем вам также клептоманов, продумывайте эти вещи все дальше, и вы увидите, что именно благодаря этому вы в этой области входите через диагностику в терапию.
В прошлый раз, мои дорогие друзья, мы говорили о взаимосвязи эфирного, физического, астрального тел и "Я"-организации, как эта взаимосвязь может быть представлена у так называемых ненормальных детей.
Вчера я говорил о том, как вследствие несоответствующего вчленения в общую мыслительную систему мирового эфира может быть патологически сформировано эфирное тело, и мы можем из этого заключить, что то, что здесь выступает, может быть неправильным в различных направлениях.
Если вы сможете это понять, вы, вероятно, в ходе докладов сможете обрести следующую уверенность: почти для каждой детской индивидуальности мы должны находить конкретный метод лечения, внося в воспитание общее душевное настроение. Но сперва надо кое-что знать, и существенным является то, что вся сегодняшняя психиатрия не может ничего знать о методах лечения так называемых психических болезней. Зная же эти вещи, можно, в частности, прийти и к методам лечения. Поэтому вовсе не так важно, чтобы вы получили рекомендации для отдельных случаев, но гораздо важнее, чтобы вы видели в принципе* что и в этой области здоровая патология, здоровый диагноз сами развиваются в терапевтическое.
Со многими так называемыми душевными заболеваниями дело обстоит так, что по некоторым причинам, которые вы также сможете уяснить в ходе этих докладов, они не могут быть излечены, или по меньшей мере их можно было бы лечить с применением крайне трудных средств, даже принимая во внимание духовнонаучное. Для этого следовало бы иметь специальные санатории для душевнобольных, где могли бы лечить - хотя это и чрезвычайно сложно - и взрослых душевнобольных; я имею в виду болезни особого вида, особенно те случаи, что важны для нас в случае детского возраста.
С другой стороны, вы увидите, что больному ребенку безусловно можно помочь правильным педагогическим обхождением. И мы увидим, что даже тяжелейшие заболевания, когда они встречаются у взрослых, например, эпилепсия, в ранней детской стадии имеют много перспектив к улучшению или даже к полному излечению, если только правильно видеть вещи. Тогда, зная принцип перехода от того, что лежит в основе, к тому, что нужно делать, можно в каждом индивидуальном случае найти соответствующие мероприятия.
Но при этом нужно знать, что лежит в основе заболевания.
Видите ли, если с сегодняшней психиатрией человек может ничего не знать, это обусловлено тем, что сегодня совсем не подозревают о существовании чего-то такого, как особая Я -организация или особое астральное тело, сегодня всячески отрицают даже существование эфирного тела. Я не настаиваю на именах, но когда такие известные люди, как Дриш, исходя из теории, говорят об определенных известных понятиях, они эфирного тела не знают, ибо они его боятся. Но все-таки сегодняшняя наука продвигается от физического к познанию органически-эфирного. Важнейшее, чего нельзя знать, ничего не зная об астральном теле или "Я"-организации, суть следующее.
Возьмем, прежде всего, связь между физическим и эфирным телом. Она поддерживается на протяжении всей жизни, от зачатия, от эмбрионального состояния вплоть до смерти, сохраняясь и в состоянии сна. Напротив, связь физического тела с астральным телом и "Я"-организацией в состоянии сна прерывается.
Нужно совершенно точно рассмотреть, каким образом ведут себя в бодрственном состоянии "Я"-организация и астральное тело в физическом и эфирном теле, если мы вообще хотим составить себе реальное понятие о так называемом душевнобольном. Совершенно необходимо знать вчленение астрального тела и "Я" в физическое тело и эфирное тело своего существа, если мы вообще хотим иметь разумные мысли о так называемом душевном заболевании.
Видите ли, также и антропософы часто думают - не потому, что для этого дает повод антропософия, которая очень точна в своих формулировках, но поскольку люди опираются на старые привычки мышления - обычно антропософы также думают, что когда человек пробуждается, его астральное тело и "Я"-организация входят в эфирное и физическое тело, соединяясь так, как соединяются водород и кислород. Но это не так.
Если ясновидчески смотреть на вещи, мы увидим следующее (см. табл. 4): если здесь находится физическое тело, здесь эфирное тело, то астральное тело входит сюда вовнутрь, и также "Я"-организация входит вовнутрь; все это здесь входит вовнутрь, и мы видим этот переход. Но этот переход, который состоит в том, что астральное тело и "Я "-организация захватывают физическое и эфирное тело, это еще не все. И именно здесь также начинается, я бы сказал, одно явление в человеческой жизни, имеющее чрезвычайную важность.
Прежде всего обратимся к "Я"-организации. "Я"-организация, когда она возвращается при пробуждении, не просто захватывает эфирное и физическое тела, но она внедряет в человеческое тело внешний мир, силы внешнего мира. Что это означает?
Представьте себе, что мы имеем силу тяжести, которая действует так (см. табл. 4). Когда мы бодрствуем, мы ведь стоим выпрямившись в направлении этой силы тяжести. Представьте себе просто тяготение как таковое, которое действует в направлении силы тяжести. Здесь есть два представления; давайте уясним их: одно из них состоит в том, что "Я", вначале отвлечемся от эфирного тела, охватывает физическое тело; физическое тело тогда подчиняется силе тяжести, не правда ли, мы подвергаемся действию силы тяжести, когда мы идём, мы должны отыскивать равновесие и тому подобное. Это одно представление: при пробуждении мы внедряемся своим Я" в физическое тело, физическое тело, которое обладает тяжестью и находится под действием силы тяжести Земли, и тем самым мы имеем косвенное отношение к физической силе тяжести. Это одна возможность. Это как если бы я вместе с весом книги вступал в отношение к силе тяжести, беря книгу в руки. Это одно представление; оно неправильно, ложно.
Другое представление таково: "Я" проскальзывает в физическое тело, захватывает физическое тело, но влезает так далеко, что делает физическое тело легким; физическое тело, когда в него проскальзывает "Я", теряет свой вес. Таким образом, когда я, как бодрствующий человек, стою прямо, то для самого "Я", для "Я-организации", которая также имеет свой физический отпечаток в тепловом организме, для них это означает преодоление силы тяжести. Нет никакой возможности стать в опосредованное отношение к силе тяжести. "Я" вступает в непосредственное отношение, вчленяется как "Я" в силу тяжести, отключает таким образом физическое тело. Вот то, что тут происходит. Когда вы ходите, вы постоянно вчленены своей "Я"-организацией в действительное тяготение Земли, вы вступаете не косвенным путем через физическое тело, но в непосредственное отношение к теллурическому.
Так же обстоит дело с эфирным телом. Так же и эфирное тело вчленено в силы. Возьмем одну из этих сил. Я часто обращал внимание на то, что в то время, когда мы как люди ходим по Земле, мы подвержены действию интенсивной подъемной силы. В среднем наш мозг весит 1500 граммов. Если бы весь этот вес 1500 граммов давил на основание нашего мозга с его тонкими кровеносными сосудами, они были бы тотчас раздавлены. Но он не давит этой тяжестью, в действительности он плавает в мозговой жидкости. Поэтому, испытывая действие подъемной силы, мозг столько теряет в своем весе, сколько весит вытесненная им жидкость. Эта вытесненная жидкость имеет вес на 20 г меньше, чем вес самого мозга, так что мозг давит на свое основание только двадцатью граммами.
Таким образом, мы имеем тяжелый мозг, который не давит вниз, но на него действует подъемная сила. Мы живем в этой подъемной силе, в этой подъемной силе живет наше эфирное тело. Но поскольку мы проскальзываем с нашей "Я"-организацией в наше эфирное тело, мы не косвенно вчленены в эту подъемную силу, но непосредственно нашей "Я"-организацией. Наша человеческая организация связана со всеми силами Земли, со всем физическим миром, и это именно прямая, непосредственная связь, а не какие-то косвенные отношения.
И с чем же, посмотрим, связана наша "Я"-организация? Во-первых, наша "Я", -организация стоит в отношении к силе тяжести, то есть к земному. Ибо, мои дорогие друзья, того, что физики называют материей, просто не существует.
В действительности существуют только силы, силы, подобные, например, силе тяжести - естественно, есть и другие силы, электрические силы, магнитные силы - со всеми ними "Я"-организация находится в непосредственной связи и пребывает в них у нормального человека во время бодрствования. Мы можем сказать: все то, что мы понимаем под Землей - это силы. Все то, что мы понимаем под водой, что находится в равновесном состоянии, со всем этим"Я"-организация стоит в непосредственной связи. Все газообразное - не правда ли, помимо обычной механики мы в физике изучаем также гидромеханику, аэромеханику, поскольку равновесные процессы и метеорологические процессы в воздухе имеют свою особую форму - стоит в непосредственной связи с "Я"-организацией. Далее, "Я' -организация стоит в связи со всеобщим тепловым состоянием, с частью всеобщих тепловых сил, которые пронизывают нас, когда мы живем в физическом мире (см. табл. 5):
"Я"-организация: земля вода воздух
Астральное тело: теплота свет химизм жизненный эфир
Я зачеркнул теплоту, поскольку это только часть. - Мы пробуждаемся и вчленяемся, как дух, своей "Я"-организацией в мир земных сил. В действительности мы не прибегаем к посредству физического тела, это магическое отношение. Но только оно может происходить, будучи пространственно, чисто пространственно ограничено границами нашего организма. Если вы начнете понимать, что отношение нашей "Я"-организации не физическое, но магическое, вы достигнете этим очень многого.
Теперь перейдем к астральному телу: и астральное тело не косвенно, не через эфирное тело, но непосредственно соотносится с определенными силами, действующими в нас, когда мы находимся в бодрственном состоянии. Это прежде всего часть тепловых сил; а именно, тепло воздействует одной частью на физический организм, другой частью на эфирный организм. Затем астральное тело находится в непосредственной связи с силами света.
Но здесь вы должны знать, что силы света для духовной науки суть нечто иное, нежели то, что понимает под этим физика. Не будем углубляться в теории, но, не правда ли, то, что мы можем ощущать окружающий мир в освещении, имеет определенную основу, и именно в эфире, так что мы можем сказать: свет - это эфирная сила.
В обычной науке мы говорим сегодня о свете как о том, что содержится в освещенном. Духовная наука говорит о свете так: она называет светом также то, что лежит в основе других чувственных восприятий, например, свет звуковых восприятий. Когда мы имеем звуковые восприятия, то внешняя физика пытается говорить только о подвижном воздухе как о внешнем корреляте восприятия звука. Подвижный воздух - это только медиум действительного звукового элемента. Действительный элемент звука - это эфирное, и вибрация воздуха - это только действие этой эфирной вибрации. Свет живет также в восприятии запаха. Словом, в основе всех восприятий лежит нечто более всеобщее, нежели свет, нежели то, что сегодня в физике называют светом.
Конечно, когда говорят о свете так, как я тут высказал, это сбивает с толку. Ибо в основном так говорили о свете в прежней духовной науке до 12, 13 столетий после Р.Х. Затем понимание этого было утрачено, после чего пытались применить другие выражения, которые, однако, еще более непонятны. Поэтому столь непонятны алхимические книги, написанные после 12 столетия. Для вас имеет значение то, что это называют светом. Посредством этого света астральное тело стоит в связи со всем тем, что на Земле доступно чувственному восприятию, причем в прямом отношении, а не окольным путем через эфирное тело.
Это особенно интересно. Там снаружи свет живет в эфире, но мы имеем эфирное также и внутри нас. Свет воздействует на эфирное тело. Однако при пробуждении мы не только вступаем в связь с этим светом, находящимся внутри нас, но и в обход этого света мы вчленяемся в свет, притекающий извне.
Так же обстоит дело с внешним, действующим в мире химизмом. Мы также и в химизм вчленяемся непосредственным образом. И это особенно важно, ибо тем самым сказано, что человек в бодрственном состоянии вчленен в своего рода космический химизм. Наша сегодняшняя наука знает только безжизненный химизм, может быть, немного органический химизм, но она совсем не знает того химизма, который является всеобщим мировым химизмом. В него мы вчленяемся при пробуждении. И точно так же мы вчленяемся во всеобщую мировую жизнь, в жизненный эфир; все - непосредственно.
И то, что я вам здесь обрисовал, должно быть достигнуто по мере того, как человек, как было сказано, постепенно строит свое второе тело, а затем и третье тело. Это все должно быть достигнуто по мере того, как человек погружается в себя, пронизывая своим собственным существом космически-земные начала. Он должен суметь охватить собой мир. Мы в нашей науке имеем ясность только в одной единственной области, где физика действительно действует так, как это могли бы желать и во многих других областях. Эта область - глазная организация.
Подумайте о том, что если мы рассматриваем глаз именно так, как это делает последовательный физик, рассматриваем глаз как физическое устройство, как физический инструмент - желая познать глаз, мы изобразим его в виде такой фигуры: преломление света линзой, образование объективного образа и так далее - то мы не сможем найти перехода к тому, как душевное внедряется в физическое. Но в целом все это ужасно интересно. Так что тут, когда все это происходит так физикалистски, получают весь этот рисунок, и здесь застревают, здесь хотят через мозг прийти к душевному. Рассмотрите еще раз эту забавную философскую игрушку, все эти интересные, но в действительности очень глупые теории психофизического параллелизма или взаимодействия. В действительности же именно в глазу "Я"-организация и астральное тело входят непосредственно в то, что мы физически нарисовали, охватывают внутри глаза физическое. В отношении глаза нетрудно понять правильное положение вещей, об этом говорит своеобразная обособленность глаза, поскольку глаз находится почти вовне, и в эмбриональном развитии строится снаружи. Так обстоит дело с глазом.
Но то же справедливо для всего человека. Нужно всего человека внутренне понять физически, духовно-физически, так, чтобы к земным силам можно было добавить летучие световые силы. Нужно внутри человеческой организации познать то, что в человеке имеется, в сущности, из окружающего мира, и что человеком так непосредственно захватывается, физически конструируемое.
Как же обстоит дело при аномальных состояниях? При аномальном состоянии какой-нибудь орган - не обязательно весь организм в целом - может находиться в таком состоянии, что у человека нет возможности посредством этого органа непосредственно подключиться к внешнему миру. Орган может, так сказать, стать на такой путь, что этим органом человек не сможет найти контакт с миром. Что тогда произойдет?
Возьмите какой-нибудь орган (см. табл. 5, справа), например, легкие; легкие так вчленены в человеческий организм, что человек, пробуждаясь, не находит контакта с внешним миром. Представьте себе, что человек спит, и во время сна с легкими происходит нечто такое, организующее легкие таким образом, что человек при пробуждении погрузился бы в легкие, но не смог бы выйти во внешний мир. Тогда его "Я" и астральное тело в области легочной организации вынуждены впрессовываться в легкие, но не могут выйти обратно.
Ведь дело должно обстоять так, чтобы человек своим астральным телом погружался, но потом мог снова выводить в мир во все стороны. Легкие должны просто быть в состоянии предоставить переход. Но в этом случае они не предоставляют переход, а удерживают астральное тело и "Я", то есть они препятствуют пробуждению человека. Беда, если он каждый раз пробуждается при таких обстоятельствах, поскольку то, что наступает в легких, это инфильтрация вследствие особого химизма какого-нибудь вещества в тонком разбавлении.
Заложенная таким образом организация наполняет легкие каким-нибудь тонким веществом, которое имеет с ними особое сродство. Тогда легкие оказываются не в порядке, и человек вследствие этого пробуждается. Но как? Он пробуждается, но не достигает сознания. Чтобы достигнуть сознания, нужно выйти наружу. К сознанию приходят, когда пронизали. Если просто входят внутрь, то пробуждаются; когда пронизывают, получают сознание. И в этом остаются, в этом застревают, и сон, здоровое отсутствие сознания, переходит в болезненную бессознательность, то есть человек хотя и пробуждается, но не достигает сознания.
Вы видите, как мы с одной стороны, а именно изнутри описали состояние эпилептика. Эпилепсия такова, и особенно в детском возрасте она такова, как я ее описал. Так что нужно сказать следующее: что, в сущности, происходит с эпилептиком? - С эпилептиком происходит то, что он со своей "Я"-организацией и своим астральным телом хотя и может погрузиться в физическое и эфирное тело, но, с другой стороны, не может выйти в физический мир, он застревает внутри.
Задумайтесь, что же происходит, когда астральное тело входит внутрь, скажем, в легкие, застревает там внутри и не может снова выйти наружу? Оно оказывается тогда впрессованным в поверхность легких. Астральное тело и "Я"-организация впрессовываются здесь, запруживаются. Вы видите, в этих случаях под поверхностью органов происходит застой "Я"-организации и астрального тела.
Во внешнем мире это выступает в виде судорог. Всякий раз, когда возникают судороги, происходит внутреннее запруживание у поверхности какого-нибудь органа. Эти застои преимущественно происходят в определенных частях мозга - а мы ведь знаем, как определенные части мозга относятся к остальному - они могут заключаться в том, что нечто застаивается в печени или легких, а мозговой застой это лишь проекция, слабое отражение. Всякий раз, когда мы наблюдаем судороги, мы замечаем этот застой "Я"-организации и астрального тела внутри органа. И тогда мы впервые выходим на истинную причину эпилептических судорог, для которых мы ничего, кроме внешних описаний, не имеем.
Мы никогда не познаем этого состояния, если не сумеем от физического и эфирного тела перейти к "Я" и астральному телу. Во всех разговорах о судорогах не будет никакого содержания, если мы не будем знать, что у поверхности ужасно спрессованы астральное тело и "Я". Они не могут выйти наружу, они стремятся наружу и задерживаются.
И если вы усвоите то, что мы здесь выяснили, вы сможете себе сказать: так что же я должен делать, если в детском возрасте имеют место симптомы эпилепсии, припадки потери сознания с судорогами или заменяющие их явления, о которых мы еще будем говорить? Что можно сделать в данном отдельном случае?
В данном отдельном случае надо попытаться действовать, так сказать, из инстинкта. Вначале надо выяснить, не являются ли нарушения сознания слишком родственными, как это часто бывает у эпилептиков, явлениям обычного головокружения. Бывают явления головокружения. У детей замечается предрасположенность к ним. И если, скажем, припадки с потерей сознания лишь кратковременны, но зато слишком заметно выступают явления головокружения, можно выяснить, где чего-то недостает.
Здесь налицо следующее нарушение: организация "Я" и астральное тело не вступают в непосредственное отношение с силами равновесия. Здесь вы должны прежде всего исследовать, не имеет ли у данного ребенка место именно это, что "Я"-организация и астральное тело не могут установить правильного отношения к силам равновесия. Вы должны заставить этого ребенка кружиться или Эвритмизировать, дайте ему при этом какие-либо внешние предметы, например, гантели (см. табл. 5, внизу) или тому подобное, заставьте его делать упражнения на равновесие, пусть он делает эти упражнения на равновесие в возрасте между сменой зубов и половой зрелостью. И если вы дадите ему две гантели равного веса - они должны быть, однако, взвешены с аптекарской точностью - и заставите его проделывать с этими гантелями эвритмические или другие физкультурные движения, тогда вы кое-чего достигнете.
Теперь пусть в левой руке будет более легкая гантель, чем в правой, и пусть он снова делает аналогичные движения, затем привяжите ему к ноге что-либо тяжелое, оно не должно быть слишком тяжелым, и пусть он с этим ходит, чтобы он замечал силу, которая тянет ногу. При обычной ходьбе он этой силы не замечает; но он должен войти в это своей "Я"-организацией, и если вы ему что-нибудь подвесите, он тотчас эту силу заметит. Затем подвесьте ему груз к другой ноге; этим вы побуждаете его более духовно проделывать все это, отслеживать это, вдумываться в движения, в движение левой руки, правой руки, обеих рук; заставьте его сознательно воспринимать тяжесть, стоя на одной ноге и поднимая другую.
Словом, в этих случаях, когда вы по головокружениям заметили, что ребенок неправильно входит в земные силы заставьте его делать такие движения, при которых он вынужден учиться овладевать внешним состоянием равновесия. Подобным образом надо подходить и к лечению эпилептических и эпилептоидных детей, чтобы приучить их к другим силам.
Не правда ли, пока все ясно. Вы сможете кое-чего достичь со многими эпилептиками, у которых вы заметите нарушения именно системы циркуляции, явления, обусловленные, в сущности, обращением соков. И если вы обнаружите, что с эпилептическими припадками, когда они выступают как судороги, а также как приступы головокружения, связаны особые ощущения тошноты, то здесь имеет место невозможность вчленения в водный элемент. Тогда хорошо будет сделать для ребенка водный элемент как можно более заметным, прежде, чем он будет принят в организм, попытаться так готовить пищу для ребенка, чтобы он интенсивно ощущал кушанье. Внешне можно кое-чего достичь, если учить его плавать. Обучение плаванию для эпилептиков -очень хорошее средство, нужно только разумно смотреть на то, что здесь происходит.
Для помрачений сознания, которые наступают без упомянутой выше сильной тошноты, неплохо делать тщательно регулируемые дыхательные упражнения, чтобы установить связь с воздухом. И чтобы у детей-эпилептиков возникла правильная связь с теплом, их необходимо приучать к тому, чтобы они чувствовали тепло. Это значит, что если уже для обычных детей ужасно позволять им гулять с непокрытыми икрами, что часто является причиной раздражения слепой кишки, даже, в более зрелом возрасте, воспаления слепой кишки - люди об этом не знают - то для эпилептических детей это является настоящим ядом. Эпилептические дети должны быть одеты так, чтобы они всегда были несколько склонны к потению, чтобы пот всегда был на грани появления, то есть их надо одевать несколько теплее, чем это необходимо. Это, в сущности, терапия.
Все эти ужасные разговоры о закаливании ведут к тому, что люди уже в детском возрасте становятся ужасно закаленными, а плодом этого закаливания становится то, что в преклонном возрасте они подчас не могут в солнечный день перейти через площадь так, чтобы у них тут же не подкосились колени. Тот не закален, кто не в состоянии безболезненно перейти через площадь. Взгляните только на господ, снимающих цилиндр, переходя освещенную солнцем площадь, у которых то и дело подкашиваются ноги. Как правило, это является следствием сегодняшнего закаливания.
Тем самым мы рассмотрели главным образом вещи, которые именно в детском возрасте еще вводят "Я"-организацию в те элементы, в которые она должна быть введена. Но здесь уже начинается область, где непосредственно к педагогическому должен приступить врач. Ибо в этом случае, когда эпилептические явления уже налицо, мы можем приступить к делу только на пути применения лекарственных средств, и мы не должны пугаться применения этих лекарственных средств. Коль скоро эпилептические явления связаны с тем, с чем они будут связаны, если в это вовлечено главным образом астральное тело, если, таким образом, верхние, эфирные элементы задерживают проникновение астрального тела во внешний мир, то мы должны воздействовать на эти элементы внутри самого человека. И здесь речь идет о том, чтобы мы действительно нашли путь, но прежде всего мы должны узнать, задействовано ли здесь астральное тело, или нет.
Как же мы узнаем, вовлечено ли в это астральное тело? Кто много наблюдал эпилептических или эпилептоидно предрасположенных детей, тот мог заметить два весьма различных друг от друга состояния.
Первое из них таково, что, я бы сказал, ребенок в нем не выходит за пределы моральных требований, поскольку ребенок вписывается в то, что хотят внушить каждому ребенку в моральном отношении. Так что если мы имеем дело с эпилептическими или эпилептоидными детьми, которые легко вчленяются в моральный миропорядок, можно, пожалуй, остановиться на указанных выше средствах.
Но если мы имеем дело с такими детьми, которые становятся недоступными для морального, если они, например, легко становятся жестокими во время приступов - ведь эпилептические приступы могут маскироваться тем, что, например, у ребенка возникают вспышки жестокости, о которых он потом часто и не помнит – если проявляются явные моральные дефекты, тогда речь идет о том, чтобы еще в детском возрасте вмещаться настоящими лекарственными средствами, так, чтобы попытаться преодолеть эпилепсию с помощью общеупотребительных средств или рекомендуемых нами в известном отношении, как сера или беладонна, и проводить здесь регулярную терапию.
Об этой, в большей степени медицинской части, мы еще будем говорить. Сегодня я бы хотел лишь указать на то, как на основании внешних наблюдений нужно переходить от более педагогических мероприятий к более медицинскому уходу. А для известной категории эпилептических детей дело и вовсе в том, чтобы даже, поскольку они вполне хорошо вчленены во внешний мир, избегать внешних упражнений и воздействовать преимущественно внутренней терапией.
Но здесь мы как раз подошли к той точке, где эпилептические явления вполне последовательно переходят в другие явления. Вчера я говорил о том, что мысли, в сущности, не могут быть ложными, и сейчас я постоянно говорил о том роде и способе, каким человек вчленяет в себя мысли. Такое явление, как застаивание астрального тела в легких, вызвано тем, что мысль неправильно вчленена в легкие. Так что все это дефекты мысли. Они наступают, когда мы при нисхождении не в состоянии правильным образом овладеть нашим организмом, дабы мы могли построить его вторично.
Но мы из нашей прежней земной жизни приносим также и волевой элемент, который распределяется по отдельным органам. И если мысли вообще не могут быть ложными, но всегда правильны, они лишь проявляются в нас искаженными нашим организмом, отчего также и органы могут строиться искаженными, то в случае воли, как она вступает из доземного бытия в земное бытие, дело обстоит так, что она едва ли может быть правильной. Она приходит в полной неуверенности и должна встраиваться в мыслительную систему.
Система мыслей такова, что она нигде в мире не может быть неверной; с волевой системой обстоит так, что она едва ли где-либо может быть правильной без того, чтобы человек приложил к этому усилия. Человек при всех обстоятельствах вносит в мир неправильную волевую систему. И это является причиной того, что мы, становясь физическим человеком, никогда не нисходим в мир с моральностью. Моральность мы должны обрести лишь постепенно. То, что было моральностью для нашей прежней инкарнации, мы использовали в период между смертью и новым рождением, когда мы были заняты своим исполненным мудрости построением, ее мы давно испарили; мораль мы должны приобретать вновь в каждой отдельной жизни.
Это значит, что теперь выступает нечто весьма значительное: теперь, поскольку мы приходим из нашего доземного бытия аморальными, мы должны развить в нашей воле чувство; мы входим нашей волей в органы, мы должны развить в нашей воле чувство того, что выступает нам навстречу как моральное.
Это чрезвычайно удивительно, как с обучением ребенка речи в него вливаются моральные импульсы. Поэтому нам чрезвычайно важно знать, что имитация доходит до самых интимных вещей. Очень важно обратить на это внимание: ибо если в окружении ребенка воспитатели и родители аморальны, говорят аморально, то в глубочайшей внутренней организации ребенка имитируются не внешние деяния, но аморальное содержание.
Таким образом, здесь речь идет о том, чтобы мы также вступали в отношения с внешним миром, но окольным путем посредством всего организма в целом, а не через отдельные органы. И если здесь наступает застой, то этот застой наступает оттого, что в то время, как раньше мы не везде выходили наружу нашими мыслями, теперь мы не выходим нашей волей. И здесь обнаруживаются моральные дефекты.
Теперь мы видим внутреннюю причину моральных дефектов в том, что во всем человеческом организме застаивается то, что должно войти, пробиться из доземного бытия, если оно должно найти доступ к моральной оценке окружающего нас мира. Мы должны быть в состоянии усвоить мораль окружающего нас мира. Но при определенных обстоятельствах мы этого не можем, если наша духовно-душевная организация запруживается, если мы застреваем внутри - в физической организации - если мы не можем пробиться нашей духовно-душевной организацией.
Видите ли, здесь речь идет о том, чтобы действительно полностью пребывать в моральной области. Но только это нужно также познать правильным образом. Если вы имеете дело с собственно эпилептическими явлениями, вы должны будете диагностировать их на основании указанных мной симптомов: приступов головокружения, помрачений сознания и так далее. Это все преходящие явления. Но если вы хотите познавать моральные дефекты в моральной области, вы должны думать не о преходящих, но о пребывающих, постоянных симптомах.
Важнейшие расстройства, отчего они могут наступать? Естественно, все обусловлено кармой; нужно говорить о двух сторонах, об особенностях, с которыми выступает человек, и об их кармической обусловленности.
Представьте себе, что эмбрион расположен в организме так, что он здесь слишком сжат, и мозг образуется слишком скудным в сравнении с остальной организацией. Теперь вы замечаете следующее: на протяжении детского периода развития вследствие слишком скудно развитого мозга те излучения мозга, которые важны именно в возрасте от семи до четырнадцати лет, оказываются тем самым нарушенными и запруженными, так как от того, что здесь застаивается, возникает отражение в селезеночной функции.
Что за этим следует? Вследствие этого застоя ребенок не развивает внутренней симпатии ко всему тому, что является моральным суждением; ему для этого не хватает симпатии. Как для человека с цветовой слепотой не существует красок, так для определенных детей не существует моральных импульсов, содержащихся в нашей речи, в наших наставлениях. Ребенок становится морально слепым. И наша задача устранить эту моральную слепоту.
Таким образом, во внешних деформациях, если мы их внимательно проследим, мы можем всегда увидеть удивительный симптом. Френологии можно высказать множество упреков в шарлатанстве, но для суждения о моральных дефектах каждому следовало бы изучить истинную френологию. Ибо интересно видеть, что моральные дефекты, связанные с кармой, являются столь мощными силами, что кармическая аморальность непременно выступает также и в деформациях физического организма.
Но, с другой стороны, именно в этой области чрезвычайно показаны лечебно-педагогические мероприятия, и если привнести упомянутые мной вчера качества, внутреннее мужество и решительность, то они смогут нашим увещеваниям, которые тогда требуются, дать необходимую внутреннюю силу. Для этого требуется внутренняя сила.
То, что может наступить исцеление, я уже неоднократно пояснял на одном известном примере. Видите ли, один весьма известный немецкий поэт подвергся однажды френологическому исследованию у специалиста. Он был уже знаменитым поэтом. И френолог, который надеялся найти много интересного, вдруг побледнел, нащупав определенное место, и не решился говорить дальше, в то время, как он до этого весьма оживленно говорил о замеченных им интересных вещах. Поэт засмеялся и сказал: я уже знаю, вы обнаружили - склонность к воровству; оно было у меня сильно выражено! - Френолог открыл, что обследуемый мог бы стать клептоманом. Он же преобразовал клептоманию в поэтическое искусство.
Это именно то, в чем вещи нужно понимать так, как я это объяснил вчера; и не следует заранее судить об этих вещах так, как о них обычно судят.
Видите ли, дело обстоит так: рассматривая человека, мы видим, что он образовал свои человеческие свойства главным образом в направлении двух полюсов: один полюс более мыслительный, связанный с представлениями, другой полюс волевой. Так вот, орган представлений болен, если он не вор, и притом искусный вор. Мозг как орган представлений должен быть ужасным вором, на то, что он должен усваивать, мораль не распространяется. Он должен иметь чувство присвоения всего. Это один полюс. И мы будем склоняться к эпилепсии или к чему-то в этом роде, если не будем своим органом представлений все и отовсюду присваивать.
Но этому волей Господа не позволено проскальзывать в волевую организацию! Она должна быть сдержанной, должна быть восприимчивой, она должна иметь чувство для различения моего и твоего, которое развивается впервые лишь во внешней жизни. Подумайте: животные, которые живут жизнью представлений больше, чем люди, они постоянно голодали бы, если бы они не имели чувства присваивания всего и вся. Эти вещи надо видеть. Это не должно сползать в волевую организацию, это должно оставаться в виде тонких представлений.
Я мог бы сказать: если астральная инфильтрация нашего мозга, для которой все присваивать вполне правомерно, проскальзывает в организацию конечностей и обмена веществ или в ритмическую систему, тогда в воле как тенденция возникает то, что должно быть присуще организации представлений: возникает стремление все присваивать.
Это может проявляться во вполне безобидной форме, вы можете тогда замечать, что ребенок начинает поднимать все, что находит, и складывать из этого коллекции. Естественно, с такими вещами постоянно борются, поэтому они не столь бросаются в глаза. Нужно приучить себя видеть задатки к этому. Конечно, ребенок обычно до этого не доходит, поскольку его начинают за это поколачивать. Но нужно очень внимательно следить, есть ли у ребенка эта склонность, откладывать и собирать какие-либо вещи, и надо иметь ощущение того, где начинается болезненное.
Болезненное начинается там, где это превышает определенную меру. Филистерство свойственно многим, но пока нет определенных поводов, не все имеют здравое суждение о том, сколько можно собирать. Можно быть грандиозным филистером и собирать почтовые марки, поскольку здесь страсть к собирательству более или менее безвредна.
Если же она в виде подражательства возникает у ребенка, это указывает на то, что у ребенка это свойство все присваивать спустилось в волевую сферу. Здесь речь идет в действительности о том, чтобы вы это тщательно наблюдали, если это касается морально-кармических дефектов при клептомании, чтобы вы усматривали это из взаимосвязей, описанных мной вчера, и подходили к ребенку из такого душевного настроения, в котором бы вы воспитывали как можно более действенно морально, с огромной внутренней живостью, без небрежности и лени.
Находите с внутренней живостью истории, в которых то, что делает ребенок, в жизни приводит к абсурду. Рассказывайте ему разные случаи воровства, и делайте это регулярно. Это фактически вмешивается в карму.
Здесь мы действуем на пути лечебно-педагогического, которое должно оставаться в рамках морального, если мы действительно полностью пребываем в этом, если мы вполне индивидуально интересуемся, как это делается. Каждый клептоман чрезвычайно интересен. Представленческие свойства проскальзывают у него вплоть до кончиков пальцев рук и ног. Конечно, если мы хотим его воспитывать, это нужно знать. Нужно при каждом удобном случае вплетать в рассказы свойственные клептоману жесты, целиком углубляться в этот случай, находить легенды, сказки, в которых эти вещи приводят к абсурду.
Размышляйте об этом, мы продемонстрируем вам также клептоманов, продумывайте эти вещи все дальше, и вы увидите, что именно благодаря этому вы в этой области входите через диагностику в терапию.
